Экспорт свекловичного жома в 2017 году превысил 1 млн т на сумму $134 млн, следует из данных Росстата [1]. Однако в этом сезоне вывоз продукта, по словам замгендиректора «Продимекса» (крупнейший производитель и экспортер сахара в стране) Вадима Ерыженского, идет неактивно. Продажи жома за рубеж заметно снизились из-за проблем с вагонами, пояснил он «Агроинвестору [2]». «Если бы не это, то мы бы смогли продать гораздо больше. Спрос на жом стабильный и высокий», — подчеркивает топ-менеджер. Основные покупатели этого продукта у России — страны Европы (Латвия, Нидерланды, Испания, Италия и др.), а также Турция.
Отгрузка свекловичного жома на экспорт, по сути, осуществляется благодаря дешевой внутренней цене газа, отмечает ведущий эксперт Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР [3]) Евгений Иванов. «В мире энергоресурсы дорогие, газом жом никто не сушит (чаще сушат паром) и не вывозит в таких объемах как Россия», — знает он. При этом экспорт продукта ограничивает инфраструктура: его продажи за рубеж идут по остаточному принципу, когда высвобождаются мощности и вагоны из-под зерна. Тем не менее, на внешний рынок, по данным ИКАР [3], уходит более 90% произведенного в стране жома.
Его стоимость определяет цена на другие корма, например, жом цитрусовых или фуражная пшеница и ячмень. «Жом продают дешевле, чем самое дешевое сырье для кормов», — говорит Иванов. Но существуют вопросы к его качеству: зачастую в продукте остаются продукты горения, что приводит к снижению качества молока и мяса при кормлении животных. Есть и проблемы с прессованием — при транспортировке и перевалке гранулы иногда разваливаются. К тому же в основном жом идет в корм КРС, меньше — свиньям, лошадям, что тоже ограничивает спрос на него. «Поэтому товар проблемный и особой очереди за ним в общем-то нет», — заключает эксперт.
Свекловичный жом — это отход свеклосахарного производства, который образуется в любом случае, напоминает Ерыженский. Раньше его утилизация в России была большой проблемой, в том числе экологической. «Жом хранился в жомовых ямах при сахарных заводах, часть его в сыром виде скармливалась коровам, свиньям, но миллионы тонн утилизировать не удавалось, он просто гнил, — вспоминает он. — Мы первые в России, кто стал сушить все 100% жома и гранулировать его». В гранулированном виде жом превращается в ценный продукт для кормления животных. Сейчас большую его часть холдинг поставляет за рубеж.
Еще один отход свеклосахарного производства, ориентированный на экспорт, который в том числе вывозит и «Продимекс [4]» — меласса. По словам Ерыженского, это «довольно рискованный» в плане международной торговли продукт. На экспорт меласса поставляется стабильно, но ее производство все равно больше, чем мировой спрос. В последние два сезона он снизился, и у некоторых производителей происходит затоваривание мелассой, вплоть до того, что компаниям приходится строить дополнительные емкости для ее хранения, знает Ерыженский. «На свеклосахарном производстве меласса вырабатывается в любом случае, а утилизировать ее проблематично, — говорит он. — Нам легче, чем большинству других игроков, потому что у нас есть мощности по дополнительной дешугаризации мелассы и извлечению из нее бетаина — ценной аминокислоты, используемой как в качестве добавки в корма, так и в виде компонента в фармацевтической и химической промышленности». Также на его основе изготавливают, например, антиобледенительную жидкость для авиации. «Продимекс [4]» продает как обычную, так и обедненную мелассу.
«Экспорт мелассы — это позор для России!» — считает Иванов. В сезоне-2017/18 некоторые заводы отдавали мелассу по 100−500 руб./т, знает он. Притом, что содержание сахара в ней составляет до 46%, а его цена в зависимости от завода, региона и месяца колебалась от 20 тыс. до 30 тыс. руб./т. Таким образом, только сахар в мелассе должен стоить как минимум 9 тыс. руб./т, а в идеале — 12−14 тыс. руб./т. «Но таких цен на мелассу в России никогда не было, максимум — 3−4 тыс. руб./т и то в конце дефицитных сезонов», — утверждает эксперт. Стратегически экспорт мелассы необходимо прекращать и начинать делать из нее спирт, дрожжи, пищевые и аминокислоты, извлекать сахар, уверен Иванов.
В России сейчас запускается только третье предприятие по дешугаризации мелассы на Чернянском сахарном заводе в Белгородской области. Правда, еще в Липецкой области китайская компания Angel Yeast строит завод по производству дрожжей, который будет работать как раз на мелассе, добавляет эксперт. С запуском предприятия вывоз мелассы может сойти на нет, не исключает он. «Гораздо выгоднее и правильнее экспортировать продукцию переработки мелассы, например, те же дрожжи. Их, кстати, Россия уже поставляет за рубеж и постепенно наращивает объемы», — уточняет Иванов.