От Новосибирска до учхоза «Тулинское» всего шесть-семь километров: по меркам мегаполиса — в черте города. До некоторых микрорайонов от центра ехать дольше. Но здесь пейзажи самые что ни на есть пасторальные: небольшой холм на фоне церквушки облюбовало внушительное стадо. Спокойные, крупные животные. По производительности в условиях холодного климата им равных практически нет. Ученые бились над выведением породы с начала 1980-х, и только теперь она официально зарегистрирована под нехитрым названием «сибирячка».
Телят в учхозе «воспитывают» по канадскому методу. В родильном помещении сухо, идеальная чистота, с десяток кошек греется под боком у новорожденных телят и защищает их корм от крыс. Но уже в шестидневном возрасте телят переводят в более суровые условия: хотя это место на 150 голов называется теплицей, в тридцатиградусный мороз тут немногим теплее, чем на улице. Здесь животные содержатся до трехмесячного возраста, а дальше — на общие условия. Такой метод позволяет им сызмальства привыкнуть и к холоду, и к местной кормовой базе. Впрочем, благодаря генетике условия молодняку не в тягость.
— В прошлом году средний удой вышел 7 328 литров на фуражную корову. Это в два с лишним раза больше, чем у черно-пестрой породы. С нее все и начиналось 35 лет назад, — по-деловому отрывисто проводит «экскурсию» зоотехник хозяйства Константин Ковалев. — Еще тогда ее начали скрещивать с голландской породой, так называемой голштино-фризской. У нее самые высокие показатели производительности. Массово закупали и в то время, и сейчас. Но «европейки» весьма капризные и к климату, и к кормам. В Сибири их надои значительно снижаются.
Поэтому решили объединить достоинства двух пород — традиционной российской черно-пестрой, которой холод нипочем, и голштинской с ее высокой молочной продуктивностью. По словам зоотехника-селекционера учхоза «Тулинское» Лилии Сорокиной, в результате не только вдвое увеличились надои и прирост живой массы коровы, но и сформировался определенный тип вымени, пригодный для машинного доения, повысилась скорость молокоотдачи.
— Плюс неплохо прибавили в плодовитости — раньше в год на сотню коров рождалось максимум 78 телят, а теперь этот показатель перевалил за девяносто, — отмечает Лилия Сорокина. — Своего рода «закалка» телят — только одно из условий улучшения породы, главная работа — селекционная. Это сложный многолетний процесс, который необходимо постоянно держать на контроле, закреплять нужные показатели. Лишь десять лет назад мы перешли на скрещивание с чистыми голштинами, до этого использовали помесные типы, и процент «голландской» крови был не выше 25. Сейчас телята рождаются с 97 процентами.
В хозяйстве 580 коров в дойном стаде, около тысячи телят и бычков. Производителей учхоз поставляет не только в хозяйства Новосибирской области, но и в соседние регионы. Сейчас готовят к отправке на продажу 45 быков, берут различные анализы, проводят отбор. Они содержатся в отдельном помещении и незваных гостей встречают недружелюбным мычанием. Заходишь словно в лабиринт минотавра: в отличие от безрогих, спокойных коров новой породы, мощным и шумным «сибирякам» даже в глаза смотреть страшновато, кажется, им и металлический забор не преграда. И сопровождающий нас зоотехник советует: близко лучше не подходить.
Над селекцией «сибирячки» работало несколько научных учреждений, племпредприятия Новосибирской, Омской, Кемеровской, Иркутской областей, Алтайского и Красноярского краев. Породу выводили несколько десятилетий. …
Полный текст читайте в «Обзоре прессы».