Небывалое дело — в вымиравшую калужскую деревню Шемелинки начали возвращаться люди. Хотя ничего удивительного. В прошлом году в деревню пришли инвесторы. На свои кровные и на средства, выделенные в рамках нацпроекта «Развитие АПК», восстановили коровники, закупили скот и сельхозтехнику. Начали отстраивать коттеджный поселок — ведь работникам, которые возвращаются в Шемелинки, нужно жилье.
Московские гости в вымирающей калужской деревне Шемелинки обявились внезапно в ноябре 2005 года. Встретили их не слишком радушно — ничего хорошего от заезжих гастролеров деревенские не ждали. Надежды на лучшую долю у жителей Шемелинки к этому моменту уже не осталось. Деревня 15 лет как вымирала. Началом ее падения стал развал колхоза. Чтобы выплатить зарплату, распродали всю сельхозтехнику. Следом с молотка пошла скотина. Когда продавать уже было нечего, перестали выдавать зарплату и «раскулачили» сельпо. Кому там отовариваться-то, раз денег в деревне давно не видели? Потом перестали отапливать правление, почту и медпункт.
«Москвичи пришили с готовым бизнес-планом, развернули передо мной слишком уж радужную картину, — вспоминает глава Борятинского района Валентин Трутнев. — Сказали: «У нас все просчитано. Будем развивать мясное направление, к весне построим коровники, закупим технику, скот».
Но В. Трутнев — калач тертый, сам начинал карьеру председателем колхоза и сказок на своем веку наслушался вдоволь. Ясно, что планы московских гостей вызвали у него нешуточные сомнения. Чтоб не сказать сильней. Но скоро они рассеялись. «Прошлой весной смотрю — стали поступать породистые бычки из Франции, — рассказывает В. Трутнев. — Потом приехали трактора, сеялки, канадский силосоуборочный комбайн производительностью 100 т массы в час — я таких вообще не видел. В общем, все пошло как по писаному. Ну, думаю, надо впрягаться с ними в одну лямку».
Все перемены в Шемелинках связаны с агрофирмой «Серафимово-Агро», которое было создано на руинах трех развалившихся хозяйств. Чуть больше года назад ее учредил московский предприниматель Сергей Орехов. Ему досталось то еще наследство — 8 тыс. га запущенной земли, остовы разрушенных и разоренных ферм и три десятка вымирающих деревень, обитатели которых приспособились зарабатывать на жизнь собирательством — ходили в лес за грибами-ягодами, а потом продавали в городе.
«Здесь была настоящая пустыня, район самый бедный, работать люди отвыкли, никому не верили, а самое главное — делать ничего не хотели, — вспоминает С. Орехов. — Пришлось доказывать, что намерения у нас серьезные. В первую очередь — зарплатой, которую мы ни разу не задержали».
Инвесторы, по словам гендиректора «Серафимово-Агро» Анатолия Джалилова, вложили в развитие деревни 134 млн рублей. 54 млн своих и 80 млн — полученных в рамках нацпроекта «Развитие АПК». Средства были освоены в течение года. 47 млн ушло на сельхозтехнику, 36 — на реконструкцию ферм и почти столько же — на закупку скота.
«Сельское хозяйство — довольно хлопотный бизнес, — рассказывает С. Орехов. — Проще, конечно, тупо купить землю в Подмосковье и через год продать ее в 2 раза дороже. Но мне давно хотелось что-то сделать на земле своими руками и увидеть результат. А результат такой — восстановлено 8 коровников на 3 тыс. голов. Закуплено 1 тыс. 670 голов крупного рогатого скота, включая 97 бычков и телок породы лимузин, на которых, собственно, производители и собираются «вехать» в рынок».
«Лимузины славятся особым «мраморным» мясом, — обясняет свой выбор А. Джалилов. — Густые белые прожилки сала придают ему не только сходство с мрамором, но и особую сочность, за которую оно и ценится. «Мраморное» мясо стоит в 6-7 раз дороже обычного».
В то же время применение малозатратной канадской технологии позволило снизить себестоимость говядины до 29 руб/кг. Результат для области небывалый. В 2007 году, подсчитали экономисты, прибыль от реализации мяса составит 3,5 млн рублей.
Есть новые сельхозмашины, которые уже прошли испытание российскими полями. Сейчас они запаркованы в большом ангаре с особой аккуратностью. 47-летний механизатор Виктор Баранов, который одним из первых сел за баранку такой иномарки, на днях вернулся из немецкого городка Шпеле. В течение двух недель, с 8 утра до 6 вечера, немцы просвещали его насчет устройства и эксплуатации новых машин. Теперь чинить сельхозтехнику с помощью кувалды и сочного мата точно не придется.
Большая часть закупленной техники предназначена для заготовки кормов. «Корма мы будем производить с запасом, продавать населению по самым низким ценам, чтобы у людей был стимул держать скотину, — делится С. Орехов. — А то ведь как лето — многие сельчане срываются в Москву пошабашить. А вот если у человека есть живность, он ее никогда не бросит. Это как якорь».
Другой «якорь» — жилье. Агрофирма выкупила и восстановила 4 брошенных коттеджа. Для деревни — роскошь невиданная, к ним подвели коммуникации и даже поставили пластиковые окна. В одном из таких домов справил новоселье 29-летний механизатор Евгений Ткаченко со своей семьей. Он до этого 5 лет скитался по городам и весям в поисках угла и пристойного заработка. Приехал в деревню, потому что пообещали ему жилье. И не обманули.
«Недавно мы выкупили 12-квартирный дом, — рассказывает А. Джалилов. — В ближайшее время отремонтируем и будем заселять. А летом закладываем целый коттеджный поселок на 30 домов. Сейчас в хозяйстве занято 65 человек. Но производство расширяется, специалисты нам нужны».