О сложной ситуации на ОАО «Акрон» «Солидарность» уже рассказывала (см. «Трудовой спор на «Акроне», 16, 2006). Напомним, что конфликт на вполне благополучном предприятии разгорелся в начале февраля из-за «повышения» зарплаты. Председатель первичной профсоюзной организации ОАО «Акрон» Сергей Ян приехал в Москву, чтобы попытаться разрешить конфликт на уровне ЦК Химпрофсоюза, и посетил газету «Солидарность», чтобы подробно рассказать о ситуации.
Предыстория.
Профсоюзная организация в ОАО «Акрон» — одна из самых благополучных не только в химической промышленности, но и в целом по России. Около 93% из 5800 работников предприятия являются членами профсоюза. Последний крупный конфликт между работодателем и профкомом, по словам лидера первички Сергея Яна, был в 1994 году. Тогда администрация попыталась вмешаться в выборы профкома. Но профсоюзники с честью вышли из этого положения. С тех пор на предприятии не возникало экстремальных ситуаций, да и чего конфликтовать, когда завод успешный. Были и взаимные договоренности, и уступки, как со стороны профкома, так и со стороны работодателя. И коллективный договор на «Акроне», в отличие от многих других предприятий в России того времени, всегда выполнялся, за что надо отдать должное администрации «Акрона». В конце 2005 года профком и работодатель внесли, как казалось, прогрессивное изменение в коллективный договор. Предполагалось, что с 2006 года увеличение фонда оплаты труда будет происходить с учетом прогнозируемой правительством РФ инфляции. С учетом изменения профком предложил увеличить зарплату работникам на 20% (прогноз правительства на инфляцию в 2006 году был 8,7%). В ответ от работодателя прозвучала вполне приемлемая цифра — 11,4%. Но профком решил послать обращение к работодателю о повышении зарплаты на 15%, с тем чтобы не возвращаться к этому вопросу до конца 2006 года. Представители работодателя дали устное согласие.
Повышения не будет.
В январе 2006 года возникли сложности с поставками апатитового сырья для ведущего подразделения «Акрона». Администрация судилась с поставщиками и выиграла иски, предявленные к ОАО «Апатит». В связи с этим работодатель попросил перенести переговоры об увеличении зарплаты на середину февраля, до окончательного прояснения ситуации с сырьем. Профком пошел навстречу собственникам. И даже помог работодателю устроить пикет у здания ФАС в Москве — в поддержку родного предприятия. 21 февраля «Акрон» наконец-то подписал договор с предприятием-поставщиком. Однако после прояснения ситуации работодатель не стал спешить с возобновлением прерванных переговоров с профсоюзом.
— На встрече с генеральным директором ОАО «Акрон» Иваном Антоновым, как раз в день заключения договора «Апатитом», нам заявили, что у работников нет оснований настаивать на повышении зарплаты! — рассказывает Сергей Ян. — Такого поворота мы не ожидали. Немедленно был выпущен профсоюзный листок с жесткой критикой позиции работодателя. Возможно, мы высказались несколько некорректно по отношению к администрации предприятия. Но что поделаешь — эмоции. И именно этот эмоциональный порыв администрация будет припоминать нам в течение всех последующих переговоров. Как известно, только сильный человек умеет признавать свои ошибки и отвечать за них. На очередном расширенном собрании администрации, на котором присутствовали и профлидеры, Сергей Ян нашел в себе силы выйти и извиниться перед работодателями за излишнюю резкость в высказываниях и излишнюю эмоциональность в том профсоюзном листке.
— В марте в Москве была встреча с председателем координационного совета «Акрона» Вячеславом Кантором, — продолжает Сергей Васильевич. — Встреча прошла в теплой, дружеской обстановке, даже состоялся обмен сувенирами. С этого момента переговоры с профсоюзом поручили председателю совета директоров Валерию Иванову. Практически весь март и апрель прошли в торге с работодателем. Профком шел на уступки, предлагая повысить зарплату не с начала 2006 года, а с 1 апреля, причем на 10,6%. Профсоюзники согласились не учитывать при увеличении фонда оплаты труда рост цен во втором полугодии 2005 года. Тем не менее, работодатель выдвинул условие: ограничить действие нового пункта договора исключительно 2006 г.
От переговоров к митингу.
— В преддверии 1 Мая, — рассказывает профлидер, — мы решили, что в этот праздник будем проводить митинг и праздничные мероприятия. Вы даже представить не можете, что началось, после того как администрация об этом узнала! Администрация выпускала информационные сообщения, размещала публикации в прессе. И уж в чем только нас ни обвиняли, даже в работе на конкурентов… Мнение профлидера подтверждает информационный листок, выпущенный администрацией в тот период. В частности там говорится: «Мы еще раз призываем к ведению конструктивного диалога на основе экономических выкладок, а не сиюминутных выгод. Не стоит втягивать трудовой коллектив в затяжные распри. Солидарность трудящихся должна быть направлена, по нашему мнению, на приумножение достижений, а не на крики во время проведения митингов!»
— Дальше — больше. Администрация начала проводить собрания в цехах, — говорит Сергей Васильевич, — на которых начальники пытались убедить работников, что на первомайский митинг ходить не надо! Якобы профком провоцирует их и только усложняет ситуацию на предприятии. Хотя основным нашим лозунгом, который, признайтесь, как нельзя лучше подходит к нашей ситуации, был лозунг ФНПР: «Человеку труда — достойную зарплату!» Так что в чем наши боссы усмотрели тогда провокацию, я не знаю. Абсолютно невинное предложение Сергея Яна о поздравлении работников «Акрона» с Днем труда через корпоративную газету от лица профкома администрация предприятия отвергла. Но, несмотря на все ее усилия, митинг и праздничный концерт все-таки были проведены.
Люди и мнения.
— После первомайской акции мы начали готовиться к пикетированию очередного собрания акционеров, — рассказывает Ян. — Но в этот момент работодатель сказал нам, что готов к дальнейшим переговорам. Мы все взвесили и решили поверить и уступить работодателю. Готовившийся пикет был отменен. Параллельно профком провел социальный опрос среди работников предприятия по поводу повышения заработной платы. Результаты показали, что люди считают неповышение зарплаты с 1 января 2006 года нарушением коллективного договора и полностью согласны с позицией профкома (к такому мнению пришли 96% опрошенных). С другой стороны, большинство работников все-таки верят в порядочность работодателя. Такой вывод можно сделать из ответа на вопрос о дальнейших действиях профкома: 51% респондентов выразили желание, чтобы профком и работодатель продолжали переговоры. Сами же работники готовы поставить не только свою подпись под обращением к директору (49,3%), но и выйти на забастовку (21,5%). Стоить заметить, что среди людей, готовых к забастовке, нет ни одного руководителя и инженерно-технического работника. Да и 19% инженеров-технологов и столько же руководителей, как оказалось, довольны всем и вообще не будут ничего предпринимать. Со стороны же работников таких — 6,6%.
— Этим соцопросом мы попытались показать администрации, что люди стоят на нашей стороне и отступать большинство из них ни перед чем не будет. А переговоры мы согласились перенести на июнь, с договоренностью о том, что зарплата будет повышена с июля, — говорит профлидер.
Между молотом и наковальней.
Переговоры возобновились. Да вот только администрация, оказывается, готова была «добавить» лишь 6,1% (и дифференцировать выплаты по подразделениям предприятия от 0 до 10%)! Профком, ссылаясь на пункт 2.1.1 коллективного договора, (повышение заработной платы не ниже инфляционного уровня), ответил отказом. «Меньше чем на 8,7% мы пойти не могли», — обясняет профлидер. В ответ работодатель сделал широко используемый в последнее время административный ход. В профком поступило уведомление о том, что работодатель не может удерживать профсоюзные взносы из зарплаты работников, так как в бухгалтерии такие заявления отсутствуют. И даже когда заявления (которые хранились в профкоме) были предоставлены, нашлась другая причина — «неправильная форма» документа. Вдобавок ко всему в кабинете акроновского профлидера и в зале, где проводились собрания работников, ФСБ обнаружила подслушивающие устройства. По факту «прослушки» прокуратура завела уголовное дело. Дальше администрация пытается действовать по принципу «разделяй и властвуй». Проходят выступления по радио, в которых сообщается, что профсоюз будет вынужден согласиться с предложенным повышением, так как некоторые цеха получат сразу же по 10% надбавки. И работники цехов, которые подпали под этот «денежный пресс», начали давить на профорганизацию, прося уступить администрации.
— 24 июля переговоры продолжились, и администрация выдвинула ультиматум: либо профком соглашается на эти проценты, либо никакого повышения не будет, — продолжает рассказ Сергей Васильевич. Решение для профсоюзников было сложным. Согласиться — значило бы признать свою беспомощность перед жесткими методами работодателя и пустить полугодовую работу насмарку. А отказ был чреват тем, что люди просто отвернутся от тех, кто не смог отстоять их финансовые интересы.
— Обсудив сложившуюся ситуацию на заседании профкома, — говорит Ян, — большинством голосов мы вынесли решение: отказаться от этого «заманчивого» предложения.
Забастфонд — друг профкома.
— Понимая, что многие люди будут не согласны (кому приятно терять деньги?), — продолжает предпрофкома, — мы нашли выход, которого, я думаю, администрация «Акрона» от нас никак не ждала. И действительно, решение было найдено для российского профсоюза беспрецедентное. Членам профсоюза, которые посчитают, что потеряли в деньгах, профком обязуется выплачивать материальную помощь в размере убытка. А деньги нашлись в забастовочном фонде (!), который на протяжении многих лет копился в профкоме. Профкому даже не пришлось обращаться за дополнительной помощью в ЦК Химпрофсоюза.
— Ведь не зря же идет много разговоров о том, что профсоюз должен быть сильным в финансовом плане, — поясняет Сергей Васильевич. — Профком когда-то приобретал акции, а работники нам помогали, так что на дивиденды и накопления в забастфонде мы сможем еще очень долго выплачивать людям деньги. Нет сомнения, что наш опыт финансовой деятельности будет полезен и многим другим профорганизациям.
Назад в прошлое.
Но совсем недавно администрация, по словам Сергея Яна, вернулась к методам борьбы двенадцатилетней давности, то есть вновь стала вмешиваться в профсоюзную деятельность. Председателей цехкомов заставляют организовывать собрания и на них устраивать голосования (под строгим начальственным взглядом) за принятие предложенного администрацией повышения зарплаты.
— Давление на людей оказывается чудовищное. Вы сами подумайте: ведь в основном председатели цехкомов — это люди не на руководящих должностях, а зависимые от мастеров участков и другого начальства. И, естественно, они боятся перечить начальству, как бы мы их ни защищали, — говорит профлидер «Акрона». Приведем выборочно выдержки из протокола собрания одного цехкома: 1. «…68 подписей, собранных представителем цехкома за увеличение заработной платы свыше 8,7%, не отвечают желанию всего коллектива (104 человека)»; 2. «Одобрить повышение фонда оплаты труда с 1 июля 2006 года по цеху на 4%…»; 3. «…просить администрацию пересмотреть категорию цеха в оплате труда».
— Видите, как-то странно получается у нашей администрации: работник добровольно подписывается и тем самым отказывается от денег, — говорит профлидер. — Люди против денег — это так же нелепо звучит, как и «пчелы против меда». Поэтому мы обратились в прокуратуру по поводу вмешательства в профсоюзную деятельность. Причем участникам собраний, по словам Сергея Яна, потом еще и достается от непосредственного руководства за занятие на производстве «не тем, чем нужно», то есть профдеятельностью. Хотя собрания цехкомов проводились с подачи администрации.
— В связи со всем вышеперечисленным могу добавить одно: лимит переговоров с менеджерами «Акрона» исчерпан, и мы намерены предать гласности нашу ситуацию, — говорит в заключение Сергей Ян. — Эта ситуация уже не может не беспокоить область, уже сейчас подключаются областная федерация профсоюза, губернатор и собственник. Администрации «Акрона» не стоит забывать, что в Российском профессиональном союзе работников химических отраслей промышленности состоят более 600 тысяч человек, которые будут с нами солидарны. Да и Российскому союзу химиков, в котором наш работодатель состоит, данная ситуация не безразлична. А пока остается только надеяться, что менеджмент нашего предприятия образумится и вспомнит забытое словосочетание — «социальное партнерство».