Скандал с качеством российской мясной продукции, затеянный на прошлой неделе экологами из Greenpeace, продемонстрировал удручающую технологическую отсталость России.
Активисты Greenpeace закупили в московских магазинах несколько видов мясных продуктов известных российских производителей с целью провести их анализ на наличие генномодифицированных ингредиентов (ГМИ). Для этого продукты пришлось везти из столичного города Москвы в Санкт-Петербург, где находится единственная в России лаборатория, способная провести подобный анализ.
Когда ученые петербургского Института цитологии сообщили, что в 40% закупленных продуктов — мясных консервах, пельменях, колбасе — обнаружились пресловутые ГМИ, несогласные с результатами анализа производители поспешили выступить с требованием провести независимую экспертизу. Оказалось, что ближайшее место, где возможна подобная экспертиза, находится в Германии.
Генетически измененной продукции становится все больше. С помощью биотехнологий ученые научились увеличивать урожайность и продуктивность сельхозпродукции. Например, плоды клубники с пересаженным геном хладостойких рыб лучше переносят морозы. Медики высказывают предположения, что трансгенные продукты питания негативно отражаются на здоровье людей. Рост числа случаев аллергии, онкологических и сердечно-сосудистых заболеваний, а также ожирения стало принято обяснять реакций организма человека на успехи генной инженерии. Однако в точности эта связь не доказана, поэтому по сути, речь идет о глобальном эксперименте, результат которого станет известен в будущем.
В сентябре прошлого года вступил в силу Картахенский протокол по биологической безопасности, который обединяет усилия более 100 стран мира, в том числе наших партнеров по Единому экономическому пространству (ЕЭП) — Украины и Белоруссии, в деле обмена информацией о ходе глобального эксперимента. Россия остается пока индифферентной к этому протоколу. И к самому эксперименту.
Мысли наших чиновников сконцентрировались на том, чтобы обязать производителей продуктов питания информировать потребителей о содержании ГМИ в их изделиях. Сама по себе правильная идея не имеет смысла, если у производителей нет технологических возможностей узнать, из чего, собственно, они делают свою колбасу.
Вопрос дня: Как маркировать генетически модифицированные продукты?
При селекции изменение генов идет годами. Генная инженерия просто делает это быстрее. ГМ-продукты — один из путей, которым можно решить проблему нехватки продовольствия. Для 30 — 40% жителей цена куда важнее присутствия ГМИ. Главное — дать населению информацию, есть они или нет в продукте. Об этом вполне заботится экспертная комиссия при Институте питания, утверждающая макеты этикеток. Сам же я не буду отказываться от нравящегося мне продукта, если узнаю про ГМИ в нем.
Владимир Доценко, главный диетолог Санкт-Петербурга:
— Лучший выход — специальный, хорошо заметный символ. Населению нужно обяснить его значение, как минимум повесить плакаты в магазинах. Это сильно снизит продажи: по нашим опросам, 85% россиян готовы отказаться от ГМ-продуктов, пока не будет ясности об их безопасности. А будет она лет через 15. Символ нужно ставить при наличии 0,5% ГМИ. Это тот уровень, который позволяет сделать поправку на случайное загрязнение, например, нормальных растений пыльцой ГМ-культур с соседних полей.
Наталья Олефиренко, координатор генетической кампании Greenpeace
— Чем честнее отношения между производителем и покупателем, тем лучше. Необходимо наносить на лицевую сторону этикетки специальный знак. Это оттолкнет, конечно, часть покупателей. Сколько — вопрос того, чей пиар будет сильнее, Greenpeace или производителей. Но вообще-то в 60% мясных полуфабрикатов, в большинстве растительных масел, в молочных продуктах есть ГМИ. Сам же я готов купить продукт подороже, но без ГМИ.
Феликс Стетой, вице-президент сети супермаркетов "Пятерочка
— Мы живем в таком городе, дышим таким воздухом, так много курим, что вся история о вреде ГМИ воспринимается как пиар-акция. Пока вред не подтвержден, зачем пугать людей отдельным предупреждением? Словосочетание "генетически модифицированный" для них пустой звук, хотя звучит угрожающе. А вот в составе продукта обязательно нужно писать о любых ГМИ, чтобы потребитель сам выбирал. Меня, например, больше интересует общее качество продукта, чем ГМИ.
Вадим Журавлев, исполнительный директор агентства Mildberry
— Пока непонятно, вредны ли ГМИ и в каких количествах, нужно ставить отдельную надпись об их наличии в продукте всегда, когда его можно определить.
Михаил Попов, гендиректор Останкинского мясокомбината