В воскресенье вечером вице-премьер правительства РФ, министр сельского хозяйства Алексей Гордеев вернулся из Берлина, где участвовал в открытии российской экспозиции на крупнейшей продовольственной выставке Grune Woche и провел очередной раунд переговоров по вопросам экспорта российского зерна в страны ЕС. Своими впечатлениями от поездки глава Минсельхоза поделился с обозревателем "Коммерсанта" Дмитрием Добровым.
— Как вы оцениваете результаты встречи с комиссаром ЕС по вопросам сельского хозяйства и продовольствия Францем Фишлером? Есть ли какие-либо изменения в политике ЕС по отношению к экспорту российского зерна?
— Весь переговорный процесс, на мой взгляд, можно разделить на две части. Во-первых, мы еще раз коснулись вопросов, связанных с вступлением России во Всемирную торговую организацию. Хотелось бы отметить, что в этом аспекте у специальной комиссии ЕС существует понимание специфики России как страны с переходной экономикой, которая должна предпринимать усилия по защите своего сельхозрынка. Кроме того, представители ЕС принимают во внимание не только экономический, но и политический аспект вступления России в ВТО, что существенно облегчает переговоры.
Вторая часть переговоров была более предметной и касалась ограничений на экспорт зерна в ЕС. На мой взгляд, это неправильное, нерыночное решение, в котором проявились двойные стандарты. По сути, Европа искусственно закрыла свой рынок для российских экспортеров зерна. Россия не может согласиться с таким решением и будет требовать его пересмотра. Поэтому мы договорились с господином Фишлером вернуться к обсуждению этой проблемы. В свою очередь, господин Фишлер поинтересовался нашими действиями по защите внутреннего рынка, в частности ограничениями поставок мясной продукции.
— Существует мнение, что грядущие ограничения по импорту мяса — наш ответ Европе на квоты по зерну.
— Слышал я это мнение, и не раз. На самом деле никакой связи между мясом и зерном нет. Просто за годы реформ наш рынок стал слишком либеральным: по сути, были созданы тепличные условия для торговли импортными продуктами питания, что недопустимо. Поэтому те ограничения на импорт мяса, о которых мы сейчас говорим,— это создание эффективной таможенной политики, направленной на защиту местного агропроизводителя.
— Однако представители ЕС не раз говорили, что недовольны подобными ограничениями.
— Их недовольство вполне понятно. Тем не менее мы имеем все основания защищать свой рынок точно так же, как это делает ЕС. К примеру, там действует 85 видов различных квот на импорт продовольствия. США защищает свой рынок 20 квотами. У нас же всего одна — на ввоз сахара-сырца. Это ущербная таможенно-тарифная политика, и мы просто обязаны ее исправить. Так что ничего необычного в нашем стремлении ввести тарифные квоты на импорт мяса нет.
— Но тарифные квоты на мясо требуют поправок к закону о "Таможенном тарифе". — Да, уже есть согласованное решение о необходимости введения этих поправок в закон. Все-таки он был создан в то время, когда мы получали масштабные кредиты от МВФ и специалисты фонда принимали в подготовке закона активное участие. Как следствие, нас попросту заставили отказаться от протекционизма по отношению к собственным производителям. Поэтому уже в феврале начнутся работы по внесению поправок в закон. Однако еще до этого момента мы предпримем ряд действий по ограничению ввоза говядины и свинины. Соответствующие механизмы уже разрабатываются.
— Что это за механизмы?
— Говорить о них пока преждевременно, единственное, что могу заявить,— ограничительные меры будут полностью соответствовать требованиям ВТО.
— А как планируется распределять квоты?
— По нашему мнению, распределение квот должно быть максимально либеральным. Это может быть метод "шлагбаума", аукцион по голландской системе (аукцион с понижением.—), использование метода "исторических импортеров" или производственный принцип распределения квоты. Главная же задача при любом методе — чиновник не должен участвовать в распределении квот. Это могут быть какие-то профессиональные ассоциации, союзы и так далее. Но никак не чиновники.
— Схема распределения квот по мясу птицы, говядине и свинине будет одинаковой, или для каждого товара будет свой метод распределения?
— Мы должны учитывать специфику каждого рынка. Поэтому какой-то единой схемы по распределению квот не будет.
— Месяц назад несколько ассоциаций потребовали уже в этом году снизить пошлины на сахар-сырец. Ваше отношение к данному предложению?
— К 2004 году мы должны подойти с другим механизмом распределения квот и отказаться от аукциона. Однако на этот год пересматривать условия ввоза сахара-сырца очень опасно.
— В конце прошлого года в устав ФГУП "Росспиртпром" были внесены существенные изменения, суть которых сводилась к усилению контроля над деятельностью ФГУП со стороны Минсельхоза. Вы удовлетворены работой новой команды во главе с Петром Мясоедовым?
— Сейчас давать какие-либо оценки достаточно сложно. Новый гендиректор реорганизует систему сбыта предприятий, входящих в "Росспиртпром". Первые результаты будут, скорее всего, в марте, когда Минсельхоз проведет балансовую комиссию.
— В соответствии с поправками к уставу ФГУП "Росспиртпром" должен согласовывать назначения в советы директоров предприятий с правительством. 5 января на внеочередном собрании акционеров "Кристалла" был избран новый совет директоров. Был ли он согласован с вами?
— Нет, согласования не было. Однако никакого нарушения тут нет, так как назначение даты собрания произошло еще до внесения изменений в устав ФГУП. Весной на "Кристалле" будет проводиться очередное собрание акционеров. И тогда, конечно, все назначения в совет должны будут согласовываться с нами.
— Будет ли Минсельхоз выдвигать своих представителей в совет директоров?
— На мой взгляд, государство должно быть представлено как минимум тремя ведомствами: Министерством по налогам и сборам, Минимуществом и нашим.
— Как вы оцениваете работу предыдущего главы ФГУП Сергея Зивенко?
— С моей стороны было бы неправильно давать какие-либо оценки его работе. Есть соответствующие органы, вот пусть они этим и занимаются.
— А как вы видите дальнейшую работу "Росспиртпрома"?
— Как я уже говорил, для усиления роли государства на алкогольном рынке и повышения ответственности менеджеров "Росспиртпрома" необходимо совершенствование организационно-правовой формы. В перспективе необходимо преобразование ФГУП в АО, в котором контрольный пакет акций будет принадлежать государству. За счет этого компания станет более рыночной и сможет привлекать инвесторов.
— Насколько реальны эти планы?
— Сейчас идет проработка этого вопроса, и, по моим оценкам, уже в середине года вопрос по преобразованию ФГУП в АО будет решен.