Президент Владимир Путин заявил, что необходимо рассмотреть возможность введения для сельского хозяйства единой шкалы налога, "как мы это сделали, делаем сейчас для малого и среднего бизнеса". С февраля этого года действует глава Налогового кодекса, которая уже ввела единый сельскохозяйственный налог. Но субекты Федерации называют его "вредоносным" и саботируют. Село не спешит превращаться в "офшорную зону" на заведомо неприемлемых условиях.
Что предлагает принятый закон? Вместо налога на прибыль, дохода от капитала, налогов земельного, единого социального, на имущество, недвижимость, с продаж и даже подоходного аграрным предприятиям предписано платить четверть от суммы всех налогов, которые они платили в предыдущем году.
Казалось бы, все отлично, да вот беда: платежи-то установлены с каждого гектара, то есть все "танцуется" от единицы земельной площади. А потому действие закона не распространяется на безземельные обекты АПК. Но таковых множество: большинство птицефабрик, свинокомплексы, тепличные хозяйства. Теперь они по новому кодексу автоматически получили статус промышленных предприятий, а потому остаются без налоговых льгот.
Интересно, что новый закон вытесняет с рынка в основном мелкие, "типично сельские" перерабатывающие предприятия. Например, сахарный заводик, входящий в крупный аграрный холдинг, у которого сотни гектаров земли, попадает в новый "сельский офшор" — будет платить единый льготный сельхозналог. Точно такое же, но самостоятельное (безземельное) предприятие обречено нести налоговое бремя по полной программе — раза в четыре тяжелее.
Аналитики с самого начала недоумевали: как такой закон мог в Думе пройти и почему он прошел именно тогда, когда в деревню косяком пошли крупные промышленные холдинги, сразу взявшие курс на приобретение больших площадей пашни? С какой такой радости страна должна минимизировать налоговое бремя "ЛУКОЙЛу", "ЮКОСу", другим сырьевым гигантам, зато "душить в обятьях" малый сельский бизнес?
Мнения аналитиков
Виктор СЕМЕНОВ, заместитель председателя Комитета по экономической политике и предпринимательству Госдумы:
— Лично я вносил поправку в часть вторую Налогового кодекса, касающуюся единого сельхозналога. В ней отстаивал права как раз интенсивных секторов агроэкономики — птицефабрик, теплиц, откормочных комплексов, которых сделали изгоями. Но моя поправка не могла радикально улучшить этот закон. Он настолько плох, что его надо переписывать заново. Такого же мнения придерживается и правительство, только не решается заявить об этом вслух.
Закон, который мы сейчас имеем, бьет по слабым хозяйствам, предприятиям. Получился у тебя в этом году урожай или нет — ты все равно обязан платить налог с каждого гектара. И никого не волнует, на скольких гектарах у тебя посевы сгорели от засухи и сколько их уничтожил потоп, подобный тому, который обрушился недавно на Южный округ.
Я также не понимаю, как село может платить налог (даже льготный, единый) ежеквартально, если это разумно делать не чаще раза в год, исходя из сезонной специфики сельхозпроизводства.
Василий УЗУН, доктор экономических наук, зав. отделом Всероссийского института аграрных проблем и информатики:
— Замечательно, что глава государства поднял тему единой шкалы сельхозналога. Действительно, не такой уж большой доход имеют страна и ее казна от сельского хозяйства. У АПК огромные долги — около 270 миллиардов рублей. И мы еще при этом хотим, чтобы село исправно платило налоги.
Единый сельхозналог нужен как можно скорее. Но не такой, который слабых делает еще слабее. У нас, между прочим, слабыми числится свыше 50 процентов сельхозпредприятий.