"Что может быть страшнее лесного пожара?" — спрашивал я себя два месяца назад, вглядываясь в иллюминатор Ан-2, облетавшего границы страшного очага, поглотившего сразу несколько лесистых сопок в глухой сибирской тайге.
Ответ услышал уже на земле. Заместитель начальника Красноярской базы авиационной охраны лесов Михаил Воронов буднично сказал: "Страшнее лесного пожара могут быть только лесные браконьеры".
Для Воронова и его коллег браконьеры — злейшие враги. Они успешно пользуются тем, что лесной охране, как и пожарным, не хватает техники, людей, денег. А у самих, напротив, все есть -мощная лесоповалочная техника, лесовозы, вагоны на запасных путях. Тактика кражи леса проста и цинична: где-нибудь устраивается пожар, куда обязательно собираются лесники со всей округи, и пока они там машут ветками, пытаясь сбить пламя, можно спокойно пилить и вывозить. Берут только так называемый "первый ряд" — ценную древесину, которая идет на экспорт. Стоит отехать от Красноярска всего за сотню километров, чтобы увидеть большие проплешины в тайге. Это поработали браконьеры. А что же делается по краю, в котором сосредоточена пятая часть всех лесных запасов России?
Имеется статистика. В прошлом году Красноярский край потерял от незаконных вырубок лесов около 40 миллионов рублей, и это только официальные цифры. Железная дорога перевезла 700 тысяч кубометров ворованной древесины, и это тоже только по официальным данным.
Лес воровали всегда. Но настоящий бум начался в эпоху распада государства под названием СССР. В начале 90-х в край, влекомые легким заработком, понаехали дельцы с Украины, из Прибалтики, Грузии, республик Средней Азии, а также дальнего зарубежья. Они создали в сибирской тайге сеть из фирм-однодневок и посредников. Тогда, как местные власти не умели наладить поставку "кругляка" за границу, эти сориентировались моментально.
Они сумели отладить весь процесс от начала до конца. Для порубок привлекали безработных и безденежных жителей местных деревень. Для перевозки леса "договаривались" с железнодорожниками. А как перегоняли за границу, лучше спросить у таможенников. Если захотят — расскажут.
Так образовался парадокс: если за последние десять лет официальные обемы заготовок леса упали в пять раз, то обемы леса, отправляемого на экспорт, растут с каждым днем. Портовые терминалы и железнодорожные тупики забиты вагонами с сортовым ангарским лесом. Получатели -Китай, Япония, страны Юго-Восточной Азии. Большая часть этого леса либо незаконно вырублена, либо оформлена по поддельным документам. Воруют, конечно же, и сегодня.
Большая часть незаконных вырубок ведется прямо на территориях лесхозов и леспромхозов, с молчаливого согласия их хозяев. Такое положение стимулирует существующая в России практика оплаты за срубленную древесину. Во всем мире принята "попенная" оплата, то есть за каждый пень, каждое срубленное дерево. В нашей стране любой, кто хочет заняться "лесным бизнесом", имеет возможность купить "порубочный билет", который стоит… 25 рублей за кубометр древесины. Рыночная стоимость того же кубометра в крае — 50 долларов. Для сравнения: в Финляндии один "кубик" леса стоит 82 доллара, в США- 121.
Сотрудник Управления федеральной службы налоговой полиции по Красноярскому краю Юрий Шаповалов считает, что ситуация серьезно ухудшилась в прошлом году, когда в Китае случились страшные пожары и выгорело многолесных массивов.
— Теперь они закупают лес у нас. 91 процент красноярского экспорта уходит в Китай, еще 8 процентов доходит до Японии. Один процент закупают несколько стран. И мы знаем, что значительная часть этих операций проводится незаконно. Вот цифры. В прошлом году в крае было вырублено 8, 7 млн. кубометров, а за границу вывезено 9, 4 млн. Разница в 700 тысяч — это заготовленный, но нигде не учтенный лес, проданный на черных рынках.
Интерес китайцев понять можно. После прошлогодних пожаров у них сильно ужесточено лицензирование на вырубку леса. Наших браконьеров тоже можно понять: аукционная цена кубометра сосны в России — 53 рубля, экспортная цена в Китае за кубометр "кругляка" — 55-60 долларов.
Недавно президент Владимир Путин дал правительству указание внимательно изучить ситуацию на рынке леса. Красноярские налоговики уже отправили в Москву пакет своих предложений: пересмотреть экспортные пошлины, поддержать местные предприятия глубокой переработки, создать лесные биржи, влияющие на ценообразование и обемы заготовок. И надеются, что в правительстве обратят на них внимание.