Азовский берег. Зной. Июнь.
— Костя, — басит Аллан, — ты увидишь, как ты будешь рад знакомству с Пархоменко.
За окнами посольской «Вольво» мелькают родные российские пейзажи. На трассе М4, что связывает Москву с Югом, они ярки и сочны. Подмосковные леса быстро сменяются тульскими, потом воронежскими просторами, а мы обсуждаем программу предстоящих в командировке встреч.
— Блестящий интеллект, современное образование, деловая хватка. Вот из таких-то в Америке и вырастали настоящие капитаны экономики, — добавляет мой американский друг.
Ян Рудольфович Пархоменко и впрямь оказался капитаном. Правда, офицерская карьера у него уже в прошлом. После демобилизации в начале 90-х из рядов наших Вооруженных сил, где его способности, по всей видимости, оценены по-настоящему не были, он закончил финансовый институт, прошел с успехом зарубежную стажировку, начал работать в банке. Быстро пройдя по ступеням служебного роста, переключился на зерновые операции.
— Ну, а отсюда уже было почти рукой подать до моей сегодняшней работы, — рассказывает Генеральный директор бывшей Приморско-Ахтарской судоверфи, ныне — будущего зернового терминала.
ЖИТЬ В ТУПИКЕ
Такое переплетение времен в моем описании не случайно. Оно оправдано и сегодняшней ситуацией, и самой историей этого приазовского района.
— Что такое был наш небольшой городок раньше, — рассуждает глава администрации Приморско-Ахтарского района Александр Очередько. — Азовский тупик Краснодарского края. Конечно, кое-какие отдыхающие, особенно, семейные, с детьми сюда заезжали. Так что в сезон население городка увеличивалось втрое, до ста пятидесяти тысяч. Да только отдых тот был организован скверно, по-провинциальному. Когда в Азовском море рыбы было вдосталь, рыбколхозы неплохо зарабатывали, кое-что давало сельское хозяйство. Местные жители тоже рыбкой да плавнями промышляли. А так, — и районный руководитель удрученно пожимает плечами
Таков вот в общих чертах фон, на котором начиналась приазовская деятельность ростовского предпринимателя Пархоменко. А сподвиг на нее бывшего отставного офицера и банкира ростовский же бизнесмен Александр Чубенко, ныне основной партнер и мажоритарный акционер компании, которой управляет сегодня Ян.
— В кабинете мало что по схемам понять можно, — говорит Пархоменко. — Пойдемте к причалу, там проще обяснять суть наших идей и планов.
Одним из основных работодателей в прежние времена в Приморско-Ахтарске была судоверфь. Так себе, невеликого размера. Но заказами на ремонт небольших азовских рыболовецких траулеров была обеспечена. С новыми временами, кризисом рыболовства в бассейне подрядов становилось все меньше. Да и менеджмент не знал, как «выплывать» в условиях рынка. Как закономерный итог — банкротство предприятия, внешнее управление и — выставление на продажу
Вот в этот-то момент Чубенко и пригласил Яна организовать новую компанию и начать работу.
Пархоменко согласился, поскольку по опыту зерновой торговли он точно понял, что без участия в международном рынке сегодня россиянам не обойтись. А без собственного порта или терминала такую деятельность вести сложно.
Так вот и сошлись интересы забытого некогда района и деловой расчет и энергия нового российского предпринимательства.
— Ведь что радует в наших отношениях, — откровенно делится своими мыслями районный глава. — Когда новая компания выкупала по мировой судоверфь, у завода и долги в казну были, и рабочие зарплату не получали. Так вот, новые хозяева ни от выплаты долгов не отказались, как, увы, часто бывает, ни от погашения задолженности по зарплате. Правда, по дисциплине требования не просто возросли, но подскочили. Но тут уже все рабочие понимать начали, что за «красивые глаза» им больше платить не будут. Но, главное — открываются хорошие перспективы для солидного экономического развития района. А это — рабочие места, приток инвестиций, выплаты налогов в районную казну. Перспектива, одним словом. Я уж не говорю об освоении плавней, курортном развитии
— Проблемы?
— Ну, этого хватает. Наследство досталось тяжелое. Да тут еще беда. Людей заставили поверить, что захолустней наших мест ничего и не сыщешь, что это — географический и экономический тупик всего Краснодарского края. Так что порт нам нужен позарез. Сразу сможем всем заявить: «Мы — дверь в этот огромный мир!». Важно, чтобы сейчас, на первом этапе люди облегчение начали получать. Тогда — поверят.
ЕСЛИ ПОСЧИТАТЬ ХОРОШЕНЬКО
Идея создания в Приморско-Ахтарском порту перевалки и погрузки зерна и прочих товаров просчитана очень основательно. Не буду вдаваться во все детали, поскольку опасаюсь ненароком огласить чужую коммерческую тайну, но, в общем, дело обстоит довольно несложно.
С терминалами для участия в международной зерновой торговле дело в России, да и в Азовско-Черноморском бассейне обстоит пока так.
Новороссийск заказами перегружен, что зачастую приводит к перебоям и сложностям на железной дороге, ведущей к этому порту.
Таганрог и Азов лежат дальше от азовского судоходного канала. Проходы судов и барж к этим портам требуют ежегодных солидных дноуглубительных работ, поскольку идет постоянное заиливание фарватеров.
В портах Темрюка и Ейска ряд природных и экономических факторов серьезно удорожают перевалку, погрузку зерна, делают фрахт, по мнению моих друзей из Приморско-Ахтарска, малоконкурентоспособным. Речные терминалы в Ростове-на-Дону также имеют свои очевидные ограничения. Так что по целому ряду экономических составляющих небольшой порт будет впереди, пусть не всей планеты, но некоторых наших традиционных росссийских зерновых терминалов.
Впрочем, немного о размерах. «Небольшой» в случае с Приморско-Ахтарском будет означать возможность перевалки для полутора миллионов тонн. Если учесть, что экспортный потенциал прилегающих сельских территорий составляет около полумиллиона тонн, ясно становится: невысокая себестоимость перевалок и погрузок привлечет сюда и другие регионы.
«ЗДЕСЬ БУДЕТ!..»
Вообще, меня, да и моего американского партнера по поездке удивила в этом приазовском городке одна приметная штука. И чиновники из команды Очередько, и их визави — предприниматели уделяют именно экономическим понятиям первостепенное внимание. Рентабельность, отдача, окупаемость, экономический эффект, — в разговорах и бесконечных дискуссиях эти понятия стоят во главе угла.
И еще одно замечание. Разговаривают эти такие разные и по должности, и по достатку, и по положению люди на одном языке. Прекрасно понимают друг друга, хотя без долгих прений, конечно, не обходится. А как же. Ведь серьезное дело требует и серьезного делового подхода.
— Наши планы абсолютно реальны, — говорит Ян Пархоменко. — Геологоразведка подтвердила физические возможности для портового строительства. Дноуглубительные работы обойдутся нам дешевле, поскольку землечерпалки уже есть. А их обем меньше, чем профилактические очистки фарватеров других конкурирующих портов. Сочетание транспортных возможностей — автомобиль, железная дорога и морской порт делают проект вообще экономически уникальным.
— Ну, а то, что прежние районные руководители мало и плохо к рынку приспосабливались?
— Так это, может быть, и к лучшему, — улыбается молодой капитан порта. — Так бы многое переделывать пришлось, а тут — «с нуля». Да еще и когда сам все делаешь, — всегда лучше получается. Главное, есть возможность избежать ошибок, сделанных коллегами и конкурентами по зерновому бизнесу.
— ?
— Ни в коем случае нельзя делать ставку на один вид товара. С зерном и перебои случаются, порой конюнктура внутри страны значительно интересней, чем на мировом рынке. И что же тогда — порту простаивать? А как же тогда инвестиции возвращать? Поэтому при разработке планов строительства необходимо закладывать несколько экспортных позиций. Что мы и делаем.
— Ну, а скоро ли терминал начнет работать?
— Мы и сейчас не простаиваем. На судоверфи закончили выполнять заказ на производство бакенов для Карского моря. Заложили новый пилотный траулер. Скоро и зерно начнем грузить, клиенты и заказчики есть.
— Скорее бы, — вновь вступает в беседу Очередько. — Хотя мы заметили, что для настоящих деловых людей время — действительно деньги. Помимо порта на нашей территории успешно начинает работать частный крупный элеватор. За ними начинают подтягиваться другие. И все — честный частный бизнес.
МОРЕ ИЗ КОНСЕРВНОЙ БАНКИ
Александр Владимирович на слове «честный» делает особый упор. До «прихода во власть» два десятка лет отлавливал по району бандитов и других преступников.
Ну, а приметы оживления налицо, хотя команда Очередько по-настоящему еще и года не работает. Набережная прихорашивается. Кафе, ларьки, пляжные аттракционы, парашюты и мотодельтапланы — к услугам отдыхающих. После уборочных намечен двухдневный праздник. Передовых крестьян чествовать, да и городом собственным похвалиться. К празднику конкурс на лучший городской гимн обявлен. Даже из Москвы участники нашлись.
Мелодия звучит довольно хитово, а слова на ее фоне — весело: «Приморско-Ахтарск — городок небольшой, Приморско-Ахтарск — отдыхаешь душой».
На память о нашей поездке Александр Очередько подарил замечательный сувенир. Один местный предприниматель начал «торговать Родиной». Он стерилизует воду из Азовского моря, укупоривает в консервные банки, в которые до кризиса укладывали рыбные консервы (помните «Частик в томате»), добавляет в баночку немного пляжного ракушечника, наклеивается яркая этикетка с русалкой и надписью «Вода наших южных морей», — и недорогой сувенир стал бойко расходиться.
Заканчивая работать над репортажем о Приморско-Ахтарске, я потряс баночку.
Шумит
На снимке: Ян Пархоменко на фоне будущего порта.
Фото автора.
Редакция благодарит Посольство США в Москве, губернатора Краснодарского края Александра Ткачева, администрацию Приморско-Ахтарского района за помощь и содействие в организации поездки.