— Алексей Васильевич, стало
традицией в канун профессионального
праздника Дня работника сельского
хозяйства и перерабатывающей
промышленности, а также Агропромышленной
недели говорить о первых результатах
уходящего сельскохозяйственного сезона.
— Да, осень в разгаре. Но, к сожалению, об
итогах говорить в этом году еще рано. Вы
прекрасно понимаете, что, когда уборочные
работы по темпам отстают как минимум на три
недели от сложившихся сроков, оценки можно
давать только предварительные. При этом
хочется сказать, что результаты эти, если
вспомнить, при каких погодных катаклизмах
они достигнуты, вполне солидные.
Уже ясно, что собранный урожай зерновых
полностью обеспечит внутренние
потребности России и создаст возможности
для выполнения экспортных обязательств и
взаимовыгодных обменов со странами СНГ.
Аналитики прогнозируют сбор зерновых и
зернобобовых на уровне 69-71 миллионов тонн. Я
склоняюсь к тому, чтобы верить этим
прогнозам.
Хотел бы при этом отметить, что рынок
начинает все больше сказываться на
качестве урожая. В собранном зерне,
например, по данным Росгосхлебинспекции,
доля продовольственной пшеницы составляет
почти три четверти против шестидесяти трех
процентов в прошлом году. Хотя урожайность
пшеницы ниже прошлогодней, заметно выросло
в пропорции производство сильных и ценных
ее сортов. Так что россияне могут быть
спокойны: хлеборобы вырастили достаточное
количество зерна, чтобы полностью
обеспечить население мукой, хлебом,
макаронами. Что касается производства
фуража, здесь есть некоторые проблемы,
связанные, в первую очередь, с высокой ценой
кормового зерна. Хлеборобов это
обстоятельство радует, а вот животноводов,
естественно, не очень.
— Можете ли Вы сказать, какие регионы
стали лидерами зернового производства в
нынешнем году?
— Я уже говорил, что цифры
предварительные. Но из регионов выделяются
Республика Татарстан — здесь собрано пять
с половиной миллионов тонн, в Краснодарском
крае получили 4,6 миллиона тонн, в Республике
Башкортостан — 4,2 миллиона тонн. Труд
ставропольских и ростовских крестьян,
впрочем, как и их коллег из других регионов,
в этом году также не менее значим. Они
сделали все возможное для получения
высокого урожая, но против природной стихии
человек пока не всесилен:.
— Мы подошли к теме, самой для
крестьянина животрепещущей — цены на зерно.
— Цена на тот или иной продукт — это
баланс интересов производителя и
покупателя. Но всегда ли он выдерживается? В
прошлом сезоне крестьяне столкнулись с
весьма неординарной ситуацией. Подряд два
сравнительно урожайных года плюс
переходящие запасы при слабой
инфраструктуре зернопродуктового рынка
привели к его обрушению. Цены упали так, что
для некоторых территорий производство
зерна стало убыточным.
В этом году ситуация изменилась. Урожай
меньше. Закупочные цены выросли. И сегодня
кто-то этому радуется, а кто-то видит угрозу
негативных социальных последствий,
особенно для малоимущих социальных слоев.
Проблема регулирования цен на
продовольствие есть коренной жизненный
вопрос в любой стране. Надо понимать, что в
странах с развитой рыночной экономикой
история решения данной проблемы
насчитывает десятки, даже сотни лет. Мы же
сразу в ходе "шоковой терапии" с ней
столкнулись. Именно в этом корни многих
сегодняшних трудностей. Но пенять на
прошлое — удел слабых. Главное — искать
пути решения проблем.
Причем, одновременно, — на оперативном,
так сказать, тактическом уровне, и вместе с
тем, стратегически — строить такую систему
регулирования продовольственного рынка,
которая помогала бы избежать резких
скачков цен, сделать сельскохозяйственную
отрасль более предсказуемой. На днях
большой разговор по этой теме состоялся в
Краснодаре с участием Президента
Российской Федерации Владимира
Владимировича Путина, который постоянно
отслеживает ситуацию на аграрном рынке, да
и в общем во всем сельском хозяйстве.
Практически все рыночно ориентированные
специалисты полагают, что меры
государственного регулирования должны
разрабатываться в рамках действующего
законодательства. Эти меры должны работать
автоматически. То есть включаться тогда,
когда на рынке только предвидится некий "ценовой
шторм". Они должны включать
взаимосвязанный комплекс мероприятий по
таможенно-тарифному регулированию
международных обменов зерном и проведение
интервенций на внутреннем зерновом рынке.
— Видите ли Вы в этом процессе
место для саморегулирующихся организаций
сельхозтоваропроизводителей и
потребителей, как это принято во всех тех
странах, с которых хотелось бы взять пример
в нахождении максимально возможного
компромисса всех участников рыночного
процесса? Или, по-Вашему, это должны быть
сугубо государственные меры?
— Государство должно устанавливать
законы, "правила игры". А вот выполнять-то
их приходится непосредственным участникам
рыночных отношений. Так что их голос
обязательно должен быть услышан. Но при
этом надо сказать, что и сами участники
должны хорошо выстраивать свои структуры,
процедуры внесения мнения большинства
своих представителей, а не узкой
руководящей головки, нацеленной на
лоббирование сиюминутного интереса той или
иной "своей" компании. По большому счету,
всему этому россиянам предстоит учиться.
Ведь никогда в нашей стране не было
гражданского общества в том смысле, который,
собственно и вкладывается в это понятие.
Причем, учиться надо и государственным, и
общественным представителям.
Кстати, хочу отметить, что Министерство
сельского хозяйства планомерно и
последовательно работает на данном
направлении. Мы внимательно прислушиваемся
к профессионалам, к их точке зрения. Правда,
довольно часто позиции профессиональных
организаций противоречат друг другу. Тогда
приходится их мирить между собою.: Как
очередной шаг к налаживанию более тесного
контакта между государством в лице
Минсельхоза и действующими структурами АПК
мы рассматриваем создание при нашем
ведомстве Консультационного совета из
числа тех, кто всю свою жизнь и силы отдал
сельскому хозяйству.
— Вы упомянули о возможных проблемах
с фуражом. Серьезно ли это угрожает
отечественному животноводству?
— Стабилизация в животноводстве
происходит медленнее, чем в
растениеводческих отраслях. Причем, если
взять, к примеру, свиноводство или
производство мяса птицы, здесь начинают
положительно сказываться меры по защите
внутреннего рынка, предпринятые в
последнее время Правительством по
инициативе аграрников. Статистика отмечает
не очень большой, но устойчивый рост
обемов производства. С крупным рогатым
скотом положение сложнее. Падение
поголовья в общественном секторе хоть и
заметно снизилось, но пока не преодолено. В
общем же, характеризуя состояние дел со
снабжением россиян мясной продукцией,
можно сказать, что приростом собственного
производства в основном компенсировано
сокращение импорта мяса. И, самое главное,
при этом за последние два года наблюдается
рост душевого потребления мяса и молока.
Если говорить конкретно о кормовой базе
животноводства, то необходимо помнить, что
доля кормов в себестоимости
животноводческой продукции составляет до
семидесяти процентов. Поэтому нас не может
не тревожить ситуация с производством
фуражного зерна, поскольку рост цен на него
приведет к снижению обеспеченности кормами
и, в перспективе, — к дальнейшему снижению
рентабельности животноводческого
производства, которая и без того не блещет:.
Полагаю, что частично есть возможность
компенсировать рост внутренних цен на
фуражное зерно за счет увеличения доли
высокобелковых кормов, которые позволят
сбалансировать рационы кормления животных.
К сожалению, сегодня внутреннее
производство не покрывает потребности в
указанных кормах. Значит, напрашиваются
меры по стимулированию их производства в
России, а, как паллиатив, — снятие барьеров
на импорт в нашу страну соевых бобов и
других высокобелковых компонентов фуража.
— Алексей Васильевич, сельское
хозяйство очень долго называли "черной
дырой", так долго, что к этому прозвищу
привыкли. Однако те экономисты, которые
столько лет ставили крест на нашем селе,
почему-то помалкивают, когда сейчас Россия
вышла на мировые рынки зерна.
— Да. И, причем, не в качестве
традиционного импортера зерна и масличных,
а как раз, — наоборот. Меня это не может не
радовать и как государственного чиновника,
и как специалиста и патриота российской
деревни.
Правда, в отличие от советских времен,
думаю, мы не должны тратить время на
составление победных реляций, а
внимательно анализировать каждый факт
нашей экономической действительности. Ведь
вот возьмите ситуацию прошлого года:
псевдоперепроизводство зерна в стране.
Между тем любой специалист скажет:
направьте зерновые излишки на мясное и
молочное производство. Кстати, кое-где в
регионах так и сделали, и сегодня эти
регионы имеют меньше проблем.
Стали открывать зерновые "окна в мир" —
новая неувязка: не хватает организационных,
юридических, да даже чисто технологических
механизмов для российского участия в
мировом зерновом рынке в качестве
экспортера. Так что и в этом деле работы нам
всем еще хватит на долгие годы.
— Рыночные времена быстро учат людей
искать ответ на вопрос: "Кому выгодно?".
Алексей Васильевич, на чьей стороне Ваши
симпатии: коллективного или группового
хозяйства, фермера, агрохолдинга, владельца
приусадебного хозяйства с полусотней
поросят, зернотрейдера, крупного
элеваторного хозяйства или монополиста-переработчика?
— Симпатии здесь ни при чем. Я —
государственный чиновник и профессионал в
области экономики сельского хозяйства.
Сегодня мы имеем дело с расслоенным и
даже разноукладным сельским социально-экономическим
сообществом. Отсюда проистекают многие
сегодняшние сложности и проблемы. Я
абсолютно убежден в том, что в ближайшие
годы российское сельское хозяйство будет
функционировать в условиях этой реально
существующей многоукладности. Эта
констатация уже давно стала общепризнанной.
Во всяком случае, лично я за три года
пребывания на посту министра и вице-премьера
по сельскому хозяйству об этом говорил с
самых высоких трибун неоднократно. Готов
повторить это и сегодня. При этом главное
для меня, — чтобы российские крестьяне, в
какой бы организационно-правовой форме они
ни работали, имели реальные возможности
эффективно трудиться и на этой основе
обеспечивать себе и обществу достойную
жизнь.
Надо сказать, что постсоветская
общественная мысль, к сожалению,
ограничивает роль крестьян только
утилитарными задачами производства
продуктов питания. Но ведь такая постановка
вопроса крайне узка. Она совершенно не
соответствует общественным и
государственным требованиям сегодняшнего
дня. Возьмите экономику и финансы. Введя в
рыночный оборот такую реальную ценность,
как российские черноземы, мы получаем
колоссальные возможности капитализации в
России. По-настоящему, мало кто из
специалистов представляет, какие
долговременные положительные последствия
это будет иметь.
Другая сторона деревенского
существования — это поддержание среды
обитания. Природа пустоты не терпит. Если
люди, наши российские люди по любым
причинам покинут сельскую глубинку, там на
какое-то время прекратится жизнь, а потом
это жизненное пространство будет
обязательно занято кем-то другим. Хорошо,
если россиянами же. А если нет?
Кстати, в развитых аграрных экономиках
эту проблему давно поняли. Львиную часть
продовольствия там производят крупные
фермеры. Однако же государство заботится и
о малых, по-русски бы сказали, — "неперспективных"
хуторах и деревеньках, поддерживая там
экономическую и социальную жизнь немалыми
субсидиями, чтобы в любой момент иметь
возможность заявить: "Это — такая же часть
нашего государства, как и любая другая".
— То есть для Вас как для Министра
сельского хозяйства равны все формы
сельского хозяйства?
— Как там в Писании говорится, "судите по
делам его"? Обратите внимание на
федеральные законы, принятые в последнее
время. К примеру, закон о фермерском
хозяйстве. Если бы все вместе не "навалились",
думаю, его бы еще лет пять точно промусолили.
А кредитная кооперация! Ведь во всем мире
это — основной механизм сезонного
кредитования крестьян. А у нас закон
тормозился столько лет:.
Можно вспомнить и документы по
урегулированию положения личных подсобных
или, как теперь стало модно говорить,
подворных крестьянских хозяйств. Уклад
существует. Устойчиво кормит российскую
глубинку. Много помощи не требует. И при
этом целого уклада для государства как бы и
нет. Разве же это правильно! Потому и
посвящаем мы в Министерстве столько
времени и сил этим так называемым "малым
формам". А какие же они "малые", если
больше половины всей российской еды
производят! Конечно, при этом нельзя
забывать об их неразрывной привязке к
товарному производству, которое
сконцентрировано все-таки в крупных
хозяйствах. И вот тут-то, мне представляется,
и заложены еще по-настоящему не разведанные
ни учеными, ни практиками возможности для
подлинной рыночной интеграции. На
кооперативной ли, другой ли законной основе.
— Понятно, что сказанное Вами выше
относится как раз к области стратегии
развития российской аграрной экономики. Но
ведь Вам как Министру и заместителю
Председателя Правительства надо думать обо
всех сторонах агропромышленного
производства, как говорится, от поля и до
прилавка. Ну, а случись урожайный 2004 год, чем
убирать зерно будем?
— Вы имеете в виду проблемы механизации
сельского хозяйства? Действительно,
аграрники уже давно бьют тревогу по этому
поводу. Должен сказать, наша озабоченность
всерьез воспринята на самом высшем уровне
российского руководства. Эту проблему
Председатель Правительства Михаил
Михайлович Касьянов назвал "проблемой 2006
года", имея в виду, что к этому времени, если
не предпринять срочных и серьезных мер,
значительная часть техники выйдет из строя.
Обеспеченность весенних полевых работ
исправными тракторами в этом году была в
два с половиной раза меньше норматива.
Зерноуборочными комбайнами хозяйства всех
категорий в последние три года обеспечены в
количестве 2,7 исправных машины на тысячу
гектаров, тогда как, по расчетам
специалистов, надо иметь минимум семь:.
Причины такого положения известны. Они в
плачевном финансовом состоянии хозяйств,
ценовых диспропорциях, в массовом выбытии
техники и ее износе.
Министерство сельского хозяйства, органы
управления АПК на местах, прилагают усилия
и ищут пути оснащения крестьян техникой. На
первом месте здесь стоит отлаживание
лизинговых операций с сельхозтехникой.
Надеемся, нам удастся в бюджете страны на 2004
год добиться увеличения финансирования
этого направления, реализуемого через
компанию "Росагролизинг".
Однако сегодня просто восстановить
прежние обемы оснащения техникой явно
недостаточно. Нам нужны современные,
высокотехнологичные и экономичные машины и
оборудование, способные выдерживать
жесткую конкуренцию на мировом уровне, ведь
вступление России в ВТО не за горами,
забывать об этом нельзя.
— Вы упомянули о финансовых
проблемах многих наших хозяйств. Читатели
ждут подробностей:.
— Здесь тоже ситуация неоднозначная. Во
многих случаях задолженности,
закредитованность хозяйств возникли как
следствие зигзагов нашей экономической
политики. Именно им в помощь был принят "Федеральный
закон о финансовом оздоровлении
сельскохозяйственных
товаропроизводителей", подписан Указ
Президента России "О дополнительных мерах
по улучшению финансового состояния
сельскохозяйственных
товаропроизводителей", выпущены
соответствующие постановления
Правительства.
Сейчас начинает активнее разворачиваться
работа по реализации этих документов. Надо
сказать прямо, что во многом
реструктуризация задолженности зависит от
отношения к этой проблеме руководителей
регионов. Там, где они взяли под личный
контроль эту работу, дела идут лучше. Это
Кировская, Курганская, Новосибирская
области, Республика Башкортостан. Есть в
этом большом деле и нерешенные вопросы,
проволочки. Но скоро соберется федеральная
комиссия, на заседании которой эти проблемы
будут рассмотрены и, надеюсь, решены.
— Алексей Васильевич, многие считают,
что даже после реструктуризации "несправедливых"
долгов хозяйства вновь попадут в другие
финансовые капканы. Ведь, обективно говоря,
цены на продовольствие растут очень
медленно, поскольку низка покупательная
способность населения, а стоимость
энергоносителей, техники, удобрений, услуг
для крестьян возрастает вне связи с
реальным положением товаропроизводителей
и переработчиков.
— Проблема ценовых пропорций для
агропромышленной сферы особенно остро
стоит в нашей стране, поскольку в
переходный период некоторые наивно
полагали, что, мол, рынок сам по себе
установит все цены. Не думаю, что здесь был
какой-то злой умысел, скорее — непонимание
проблем меж- и внутриотраслевых отношений.
А тут еще примешивается то обстоятельство,
что цены на продовольствие — это важнейший
политический вопрос.
При решении данной проблемы не следует
нарушать рыночные принципы
ценообразования, скатываться назад к
полному администрированию. Но ведь есть и
другая сторона медали. Разве же это по-рыночному
— дойти до такого положения, при котором
цены на промышленную продукцию и услуги для
агропромышленного комплекса складываются
таким образом, что невозможным становится
вести даже простое воспроизводство. Какое
же при этом техническое перевооружение,
какие инновации, технологии, достойная
оплата труда и привлечение
высококвалифицированных специалистов!
Эта сложнейшая проблема не может быть
решена в рамках и усилиями одного
отраслевого ведомства. Здесь требуется
совместная работа министерств и ведомств
всего федерального экономического блока,
исполнительных властей на федеральном и
региональном уровне, палат Федерального
Собрания, законодателей на местах. Хочу
сказать, что высшее российское руководство,
Президент России Владимир Владимирович
Путин хорошо знают проблему ценовых
диспропорций и ищут пути ее решения.
— Алексей Васильевич, наш разговор
идет в канун профессионального праздника
сельских тружеников и работников
перерабатывающей промышленности:.
— Я хочу поздравить всех работников
агропромышленной сферы с этим
замечательным праздником. Подавляющее
большинство российских крестьян своим
самоотверженным трудом в этом тяжелом
сезоне заслужили благодарность всего
российского общества, заработали право по-доброму
отметить свой праздник.
Достижения у нас есть, и немалые. Мы можем
заявить стране, что продовольствием
россияне будут обеспечены, возрос и уровень
продовольственной безопасности страны.
Хочется сказать, что это только первые
ростки, первые результаты проводимых
реформ.
Надо отметить, что рыночные отношения
сегодня уже так укоренились на селе, что
труженики АПК не представляют свою
деятельность и жизнь вне этих правил.
Активно формируется рынок зерна, сахара,
другой продукции. Создается рынок
материально-технических ресурсов и услуг,
развивается лизинг. Начинается процесс
кооперирования в фермерском и крестьянском
подворном секторе.
Впереди очень много созидательной работы
по выстраиванию будущей великой аграрной
России. В начале века Петр Аркадьевич
Столыпин говорил, что для вхождения нашей
страны в число наиболее развитых держав
надобно всего двадцать лет спокойной
работы. Не знаю, сколько отпущено на это нам,
но убежден, что задача встать в число
лидеров мирового аграрного рынка
российскому крестьянину вполне по плечу.
Российское крестьянство всегда было
оплотом национального духа, носителем
высокой морали. Таким оно будет и впредь.
Российское общество, руководство страны
отдают себе в этом отчет. Далеко не все
удается по разным причинам сделать для
улучшения положения российского сельского
труженика. Но я убежден, что нормальная,
обеспеченная жизнь для крестьян наступит.
Еще раз поздравляю тружеников АПК с Днем
работника сельского хозяйства и
перерабатывающей промышленности. Желаю
счастья, здоровья, успехов и достатка вам и
вашим близким.