Российское продовольственное эмбарго, объявленное в 2014 году, подтолкнуло ритейлеров к поиску местных товаров. Производители продовольствия из малого и среднего бизнеса, ранее только мечтавшие зайти на полки торговых сетей, посчитали, что получили шанс на сотрудничество с крупным ритейлом. Их надежды сбылись частично: истории успеха есть, но их мало, а продавать через посредников и в маленькие региональные сети — оказалось выгоднее.
Дмитрий Усенко, владелец макаронной мини-фабрики «Леонардо Баффи» в Краснодарском крае, смог зайти с макаронами среднего и премиум-класса «под итальянские» в несколько российских торговых сетей в середине 2015 года. Его цех работал уже год, но сперва единственным каналом сбыта была палатка на городском рынке выходного дня. Там бывший юрист торговал самостоятельно.
«Я сразу отправился с предложениями о поставках во все существующие сети: и крупные, как «Магнит», и небольшие, — рассказывает предприниматель. — Первое впечатление: ритейлеры жестко общаются с мелкими производителями. Отказывают, не объясняя причины. Часто не отвечают на письма. А когда начался шум на тему российских товаров, призывы к импортозамещению, мне позвонили сразу из нескольких сетей. Может быть — совпадение», рассказывает Усенко.
Сейчас большинство его покупателей — региональные торговые сети.
«В Ульяновске — «Гулливер», в Красноярске — «Роза», — всего предприниматель перечисляет 6 сетей. — Все-таки у меня получилось наладить сбыт в краснодарский «Магнит». Правда, поставляю только в один гипермаркет в новом районе. Там берут немного, я отвожу пару коробок в неделю. Продавать в мелкие сети выгоднее, чем в крупные», — отмечает предприниматель.
Если «Магнит берет пачку макарон по 40–45 рублей, то петербургский владелец двух премиум-супермаркетов — по 65 рублей.
«Небольшие сети покупают больше по объему. С ними проще договориться, но «Магнит» и другие федеральные ритейлеры — нужны, это сотрудничество — задел на будущее», — считает Усенко.
По данным экспертов, динамика увеличения или уменьшения товаров от малого и среднего бизнеса на полках крупного ритейла не отслеживается.
«После ввода продовольственных санкций в России торговые сети действительно стали заявлять о программах по привлечению малого и среднего бизнеса, — сообщил Илья Ломакин-Румянцев, председатель президиума Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ). — Но статистика не ведется».
В торговой сети «Ашан» в России не разделяют поставщиков товаров на малый, средний и крупный бизнес, а только по юридическим формам собственности. Так в компании смогли посчитать, что доля поставщиков ИП и ПБОЮЛ, среди которых преимущественно микробизнес, выросла с 2014 года незначительно. Три года назад — 4,7% от всех поставщиков, сейчас — 4,85%.
«В регионах процент продовольствия от малого и среднего бизнеса — выше. В Москве их мало, потому что в столичных гипермаркетах высокий объем продаж, а значит нужны крупные поставки, которые может обеспечивать крупный бизнес, — объясняет Мария Курносова, руководитель пресс-службы «Ашан» в России. — Истории о том, как владелец малого производства серьезно вырос на санкциях, единичны, но встречаются. Первое, что вспоминается: производитель шоколада из Хакасии начал поставлять свою продукцию в один наш региональный гипермаркет, позже расширился и смог обеспечивать уже несколько гипермаркетов, а теперь его товар продается в итальянском «Ашане». …
Полный текст читайте в «Обзоре прессы».