На прошлой неделе глава Министерства экономического развития и торговли Герман Греф заявил, что именно введение квот на импорт мяса способствовало развитию птицеводства и свиноводства в стране. По его мнению, бурные инвестиции в мясную отрасль — отложенный эффект мер таможенного регулирования. Как сообщает «РБК daily», участники рынка и эксперты в целом согласны с министром, однако говорят, что механизм квот до сих пор несовершенен.
Как передает «ZRPRESS.ru», квоты на импорт мяса были введены в 2003 г. В 2006 г. квота на импорт свежей и охлажденной говядины составляет 27,8 тыс. т; мороженой говядины — 435 тыс. т; свежей, охлажденной и мороженой свинины — 476,1 тыс. т; мяса птицы — 1 млн 130 тыс. т. Мясо, ввезенное вне квоты, облагается фактически запретительной пошлиной — например, по свинине она составляет 60%, или не менее 1 евро/кг.
По оценке Института конъюнктуры аграрного рынка (ИКАР), емкость российского рынка мяса — 7,3 млн т. Рынок мяса птицы растет быстрее остальных: согласно данным Института аграрного маркетинга, его годовой объем в денежном выражении составляет $5,3 млрд, причем ежегодно он увеличивается на 15-20%.
По словам Г. Грефа, квотирование привело к росту производства куриного мяса и свинины. «Квоты по говядине еще не дали такого эффекта», — добавил он.
Однако нынешний режим не лишен недостатков, отмечает исполнительный директор Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин, и один из главных — страновой принцип распределения квот: «Квоты были распределены на основе рыночной ситуации, которая уже успела измениться. Например, 79% квот на говядину приходится на Евросоюз, хотя потенциал экспорта говядины из Европы значительно снизился по сравнению с 90-ми. В результате многие компании даже не оформляют лицензии на ввоз — они знают, что не смогут найти в Европе говядину в нужных объемах».
Так же дело обстоит и с американскими куриными окорочками, говорит эксперт. «В основном из США импортируются окорочка, хотя потребность в них в России уже на 200 тыс. т меньше, чем квота. Изменилась структура потребления», — заявил С. Юшин. По его мнению, квоты пока не привели к росту производства говядины, потому что на возврат инвестиций в этой отрасли требуется больше лет, чем в свиноводстве и птицеводстве.
«Рынок стал более предсказуемым, это помогает и импортерам, и внутренним производителям, — отметил глава российского представительства Совета США по экспорту домашней птицы и яиц (USAPEEC) Альберт Давлеев. — Раньше в любой момент могла быть введена какая-то санкция, и баланс мяса был бы нарушен. А сейчас рынок стабилен».
На его взгляд, особенно показательно влияние квот на рынок мяса птицы: «Многие импортеры мяса стали вкладывать в его внутреннее производство — например, «Оптифуд», «Евросервис», «Белый фрегат». Недостатком нынешней системы, по мнению А. Давлеева, является несовершенное администрирование. «Есть вопросы к таможенной статистике, по данным которой распределяются квоты. Иногда слишком поздно публикуют списки тех, кто получил квоты — это может привести к срыву поставок, — сетует он. — Однако эти проблемы не носят системного характера».
В свою очередь Андрей Дмитриев, замдиректора по маркетингу компании «Куриное царство» (крупный отечественный производитель курятины), говорит, что его компания наращивала производство мяса птицы на 46% в год еще до введения квот. «Безусловно, квоты помогли птицеводам, это один из факторов, благодаря которому отрасль достигла таких впечатляющих успехов в последние годы. Однако эффективность производства еще никто не отменял, она не зависит от квот», — утверждает А. Дмитриев.
По его данным, себестоимость производства мяса птицы в Бразилии до сих пор существенно ниже, чем в России, однако наши птицеводы уже вполне могут соперничать с Европой: «Конечно, цены на импортное мясо птицы ниже — 42-44 руб/кг против 57 руб/кг российского мяса. Но надо понимать, что импортная замороженная птица не конкурент отечественной охлажденной, это продукты разных ценовых категорий».