В Москве прошел семинар «Проблемы использования генетически модифицированных источников в производстве продуктов питания. Аспекты биологической и химической безопасности рынка продовольствия».
На этот раз речь шла о законодательном обеспечении биохимбезопасности. Человек, знакомый с проблемой понаслышке, изумится. Как, еще закон? А разве мало федерального закона «Об экологической экспертизе», «О государственном регулировании в области генноинженерной деятельности». А еще «О качестве и безопасности пищевых продуктов»? И, наконец, 41 статья Конституции, которая гарантирует нам защиту. Но есть еще и постановления Правительства, которое контроль за нашу с вами безопасность возлагает на Минздрав, то есть на санитарно-эпидемиологическую службу.
А это уже, как говорится, не одно и то же.
По мнению Григория Барама, доктора химических наук, заместителя директора по науке Новосибирского института хроматографии, к примеру, химическая безопасность продуктов питания не обеспечена совершенно. Наверное, излишняя категоричность не способствует адекватной оценке ситуации, но вопросы, тем не менее, есть.
Скажем, вот такой. Есть понятие — сертификация. Это — когда продукт объявляется безопасным. А еще есть понятие — надзор. Это тогда, когда необходимо проверить, а правильно ли выдан сертификат. Так вот обе эти функции возложены на вышеупомянутое ведомство. Что по определению вызывает некоторое беспокойство.
Или вот еще в продолжение темы.
Повторюсь: и сертификация, и контроль возложены на одно и тоже подразделение. Но дело в том, что у них нет ни кадров, ни материальной базы, наконец, нет опыта. Да, санэпидслужбы всегда хорошо справлялись, скажем, со всевозможными эпидемиями, но к химическому анализу они отношения не имели никогда. В качестве примера можно посмотреть на ситуацию в благополучной Москве.
За 2003 год было сертифицировано 2475 партий продуктов питания. Отбракована одна по причине превышения в ней содержания пестицидов.
Причем, обратите внимание, ни по каким-либо другим зооветеринарным показателям, ни по канцерогенам данных просто нет. Стало быть, у нас на прилавках химически зараженные продукты?
— Я не утверждаю, что они есть, и их много. Я утверждаю, что у нас нет защиты от них, — объяснил Григорий Барам.
А, тогда, добавлю я, раз ситуация складывается подобным образом, разве это не провоцирует импорт и производство «грязных» и вредных продуктов? Скажем, наш сосед Китай получает большие и стабильные урожаи. Правда, при внесении огромного количества пестицидов. Продавать в Европе и США такое продовольствие возможности нет — контроль жесточайший. А Россия рядом. К тому же, как выясняется, отсутствует контроль?
Словом, по мнению Игоря Митрохина, одного из руководителей Ассоциации биологической, экологической и продовольственной безопасности, необходимо срочно создавать независимую систему контроля.
Что это такое? Схематично это будет выглядеть так: во всех регионах страны будут аккредитованные, хорошо оснащенные лаборатории. И возможности для этого есть. Но нет главного — законодательного обеспечения. Проще говоря, закон о биологической безопасности пищевых продуктов нужен, как и сами продукты.