Сегодня: 2019-12-12    Если о событии не сообщают Крестьянские ведомости — значит, события не было         ПРОДАЕТСЯ три агропредприятия и два складских комплекса в Москве и Подмосковье, готовый бизнес с готовым сбытом. Звоните. ПРОДАЕТСЯ.         "Все новости, за исключением цены на хлеб, бессмысленны и неуместны".           Агробизнес начинается с Крестьянских ведомостей         ПРОДАЕТСЯ три агропредприятия и два складских комплекса в Москве и Подмосковье, готовый бизнес с готовым сбытом. Звоните. ПРОДАЕТСЯ.         Читают многих, цитируют Крестьянские ведомости         Если в вашем доме Крестьянские ведомости - значит, у вас все дома!         ПРОДАЕТСЯ три агропредприятия и два складских комплекса в Москве и Подмосковье, готовый бизнес с готовым сбытом. Звоните. ПРОДАЕТСЯ.

Мнение. «Качественное питание без советских ГОСТов не обеспечить».

Людей специально запугивают ГМО, чтобы разрешить использование более вредных и выгодных пищевых ингредиентов, например, измельченных шкур животных (коллагена) вместо тщательно проверенного соевого белка. Специально для ИА REGNUM журнал «В мире науки», №10, 2016 подготовил интервью с научным руководителем ФГБУН «Федеральный исследовательский центр питания, биотехнологии и безопасности пищи», академиком РАН, профессором, доктором медицинских наук Виктором Александровичем Тутельяном.

… И вот новое правительственное задание — безопасность питания?

Этой проблемой мы всегда занимались. Вы имеете в виду Стратегию повышения качества пищевой продукции? Её главным paзработчиком выступает одно из самых мощных ведомств — «Роспотребнадзор». Ему удалось не только сохранить авторитет и влияние в стране, но и обеспечить вертикаль власти, и это очень важно. Долгое время ведомство возглавлял академик Г.Г.Онищенко, его сменила профессор А.Ю.Попова. «Роспотребнадзору» как федеральному органу подчиняются региональные структуры, и это необходимо для постоянного и объективного контроля над той отраслью, которая обеспечивает питание населения.

А ваша роль?

Научное обеспечение. Когда встал вопрос, как улучшить качество пищевой продукции в стране, А.Ю.Попова обратилась к нам — ведь вместе мы работали многие-многие годы. Да и участвовали в той или иной форме во всех начинаниях «Роспо — надзора».

И что же главное?

Когда мы говорим о качестве пищевой продукции, мы должны иметь в виду прежде всего её безопасность. Это основополагающее качество пищи. Это и микробиологическая безопасность, и защита от различных загрязнителей пищевых продуктов. У нас создана современная, жесткая по всем параметрам нормативная база. В ней учитывается и международный опыт, и отечественный. Мы активно сотрудничаем с международными организациями, в частности с Всемирной организацией здравоохранения, Продовольственной и сельскохозяйственной организацией (ФАО) ООН и др. Есть ряд групп — по молоку, рыбе, мясу, овощам и т.д., которые разрабатывают методы контроля безопасности. Существует и международная нормативная база. Россия вошла в ВТО, и это накладывает свои обстоятельства. Скажу главное: у нас самые жесткие нормативы, и они научно обоснованы. Структура нашего потребления иная, чем на том же Западе, например, хлеба мы едим в два-три раза больше. Значит, и требования к нему у нас должны быть более высокие. Подобных примеров можно привести много.

Вторая грань проблемы — современная методическая база для исследований. В нашем центре есть возможность выявить самое ничтожно количество любых веществ, находящихся в пищевых продуктах. Приборы значительно более чувствительные, чем это необходимо для установленных нормативов.

Зачем это нужно?

Очень важно, чтобы был абсолютно надежный метод исследования пищевых продуктов. Любая ошибка, ложноположительные результаты — это «экономическая диверсия», поскольку в этом случае мы должны выбросить из оборота качественную продукцию. Ложноотрицательный результат исследований — это удар по нашему здоровью. Поэтому методы исследований должны быть надежные, высокочувствительные и точные. Необходимая аппаратура у нас для этого есть. Мы можем в пищевом продукте определить все — и полезное, и вредное, что там находится в минимальном количестве. Более того, даже если нам что-то не известно, мы можем это вещество обнаружить, идентифицировать и, естественно, предотвратить его неблагоприятное воздействие.

Пример, пожалуйста.

Появилось фальсифицированное молоко, оно поступало из-за границы. В течение нескольких дней по заданию «Роспотребнадзора» мы разработали метод, как определять вредную добавку — меламин. И уже через четыре дня граница для такого молока была закрыта. Однако у этой проблемы есть и другая сторона. Понятно, что пищевой продукт должен содержать полезные вещества, за которые мы его назвали пищевым продуктом. Современная индустрия создает многие виды продуктов из разных источников, производит всевозможные смешанные виды. И нас сейчас интересуют не только белки, жиры, углеводы, но и иные компоненты — биологически активные соединения, которые, оказывается, тоже жизненно важны, так как регулируют обмен веществ в организме. В нашем центре мы можем определить порядка 600 химических соединений. Мы все — потребители пищевой продукции, и нам важно, чтобы она была вкусной. Это один из параметров оценки качества продукции. И это четко прописано в документе, который называется «Стратегия повышения качества пищевой продукции».

25 лет назад у наc была жесткая система ГОСТов и вся продукция выпускалась по государственным стандартам. Было прописано, какое сырье используется, что разрешается и что не разрешается добавлять продукты. Примерно 25 лет назад ГОСТы стали необязательными, они имеют рекомендательный характер. Все было заменено так называемыми техническими условиями. Но в них, как правило, требования размыты. Они позволяют манипулировать составом, сырьевой основой, допускает много замен. Для любого производителя важно снизить себестоимость продукции и увеличить прибыль. И потому так страдает качество продукции. На мой взгляд, новая стратегия требует перехода на ГОСТы.

Думаю, благодаря мерам, которые под эгидой «Роспотребнадзора» будут внедряться по всей стране, мы уже в ближайшее время почувствуем положительный результат реализации этой стратегии. …

Как вы оцениваете уровень вашей науки в стране и в мире?

Что касается нормативно-методической базы того, что напрямую связано с человеком, мы абсолютно на мировом уровне, а в некоторых вещах даже впереди. В частности, по оценке безопасности генетически модифицированных продуктов, так называемых ГМО, у нас самое совершенное оборудование, сложнейшие приборы, а потому мы получаем поистине уникальные результаты. В вопросах безопасности наноматериалов, нанотехнологий опять-таки мы опередили зарубежных коллег. Я имел в виду оценку безопасности продуктов. В чем мы отстаем? Пожалуй, в геномных технологиях. Мы приближаемся к передовому уровню, но сказать, что мы в лидерах, не могу. Здесь необходимы большие эксперименты — ведь речь идет о расшифровке молекулярных механизмов.

Это инженерная генетика?

Можно и так назвать. Работаем на уровне, но прорывных вещей пока нет. Одно дело — оценивать безопасность, но совсем другое — создание модифицированных продуктов. На самом высоком и строгом международном уровне мы можем делать первое, а вот во второй части отстаем. Но это направление не наше, а генетиков и молекулярных биологов. Чтобы поднять уровень этой области, необходимы мощные инвестиции, а главное, должна быть потребность в такого рода продуктах.

Насколько мне известно, вы поддерживаете создание генно-модифицированных продуктов?

Я хочу, чтобы к этому относились разумно. Мы наступаем на одни и те же грабли в третий раз. Впервые это случилось в 1948 году, когда прошла печально знаменитая сессия ВАСХНИЛ и наша генетика была разгромлена. До сих пор пытаемся догнать Запад в этой области. Второй раз — это начало 1990-х годов.

У нас была самая мощная в мире микробиологическая промышленность, работали 11 заводов, производивших 1,5 млн тонн кормового белка. Мы полностью покрывали потребность Советского Союза в витаминах, аминокислотах, в ряде других пищевых веществ. В 1993 году на двух заводах случились выбросы белка, что совпало со вспышкой аллергии, бронхиальной астмы. Но вместо того, чтобы разумно обеспечить безопасность на производстве, принимается закон о перепрофилировании предприятий и их закрытии. Мы потеряли сразу 1,5 млн тонн кормового белка, тут же упала вся птицеводческая промышленность — и мы начали закупать «ножки Буша». Ни одного грамма витаминов мы сейчас не выпускаем. А ведь были полностью обеспечены ими. Производство аминокислот — ноль. Покупаем их в Китае, Японии. То есть сами себя уничтожили. Да, птицеводческую отрасль мы подняли, но корма-то закупаем…

А третьи грабли?

Ситуация вокруг ГМО.

Только что принят новый закон…

Там речь идет не о полном запрете ГМО, как думают некоторые. Для использования в науке — можно, для питания после соответствующих испытаний — можно, а нельзя выращивать. Это справедливо, так как любая высокая современная технология требует очень высокой культуры ее использования. Онa требует строгой дисциплины. И еще множество иных условий и требований. Ведь при высокой технологии чуть разболтался — и вот тебе Чернобыль. Чуть не так, и сразу техногенные катастрофы. Это касается не только атомной энергетики или космоса, но и всех новых технологий, в том числе тех, что используем мы. К сожалению, наше сельское хозяйство в полной мере не готово к использованию новых технологий, к которым, несомненно, относятся и генно-модифицированные организмы. Поэтому нынешний запрет на выращивание ГМО-продукции обоснован.

Вы, наверное, уже давно изучаете ГМО. Гарантируете их безопасность?

Конечно. Те, что прошли испытания, абсолютно безопасны и для нас, и для будущих поколений.

А в чем же грабли?

Пугаем народ ГМО. Приходите в магазин, берёте колбасу. На ней написано: «без ГМО», «без сои». Ну ладно, когда пишется о ГМО, а как же без сои?

Что туда добавляют? Нам же нужно, чтобы колбаса была сочная, розовая, чтобы жира не было видно. Что для этого нужно сделать? Чтобы была сочная, надо связать воду. А это фосфаты, крахмал, соевый белок…

Сейчас вместо соевого белка начали использовать измельченные шкуры животных (коллаген). Но если соевый белок полноценен по аминокислотному составу и полностью усваивается, то коллаген не усваивается и тем самым процентов на 20 снижает пищевую ценность любимых нами продуктов.

То есть обман?

Да, стремление запугать людей ГМО за счет причинения им еще большего вреда. Для производителя та же шкура выгодна: она хорошо связывает воду, намного дешевле, покупатель хорошо берет колбасу, а то, что аминокислоты, содержащиеся в коллагене, не усваиваются и снижают пищевую ценность продукта, кто же это знает!

Вот и получается у нас— «хотели, как лучше, а получилось как всегда». Я всегда буду брать колбасу с соей, потому что она хороший концентрат, связывает воду, это белок, который прекрасно усваивается!

Теперь буду брать колбасу только с соей.

A её теперь не найдешь! Производители теперь быстренько сообразили, что лучшей ситуации для повышения прибыли не придумаешь, — и выбросили её из употребления. Вот таким образом влияет на нашу жизнь бездарная и лживая пропаганда. Надо верить науке, а не всевозможным лжеспециалистам, которых, к сожалению, у нас развелось сейчас множество, и они, конечно же, «специализируются» на продовольствии. Вот почему так важна сегодня проблема продовольственной безопасности и образования населения. …

Полный текст интервью читайте в «Обзоре прессы».

Автор: KVEDOMOSTI.RU

Источник новости

 
 
Комментировать



Авторизация

Войти с помощью соц.сетей: 


Если вы по каким-то причинам не можете войти на сайт, воспользуйтесь функцией восстановления пароля или напишите администратору

Регистрация

Войти с помощью соц.сетей: 


Генерация пароля