Сегодня: 2019-10-17    Если о событии не сообщают Крестьянские ведомости — значит, события не было         ПРОДАЕТСЯ три агропредприятия и два складских комплекса в Москве и Подмосковье, готовый бизнес с готовым сбытом. Звоните. ПРОДАЕТСЯ.         "Все новости, за исключением цены на хлеб, бессмысленны и неуместны".           Агробизнес начинается с Крестьянских ведомостей         ПРОДАЕТСЯ три агропредприятия и два складских комплекса в Москве и Подмосковье, готовый бизнес с готовым сбытом. Звоните. ПРОДАЕТСЯ.         Читают многих, цитируют Крестьянские ведомости         Если в вашем доме Крестьянские ведомости - значит, у вас все дома!         ПРОДАЕТСЯ три агропредприятия и два складских комплекса в Москве и Подмосковье, готовый бизнес с готовым сбытом. Звоните. ПРОДАЕТСЯ.

«Жизнь после эмбарго»

В августе 2010 года правительство решило ввести эмбарго на экспорт зерна до 31 декабря 2010 года. Зимой было решено продлить запрет до 1 июля 2011 года. Сейчас срок эмбарго подходит к концу. Недавно власти заявили, что продлено оно не будет. Это значит, что Россия вновь вступает на мировой зерновой рынок. Попробуем разобраться, чего ожидать от этого решения производителям, покупателям и обычным потребителям.

Введение эмбарго на экспорт было связано с обеспокоенностью властей ситуацией с обеспечением потребностей страны собственным зерном. Но представляется, что в наступающем зерновом сезоне, который начнется в июле, состояние баланса спроса и предложения не может вызывать обеспокоенности.

Мы оцениваем запасы зерна от прошлых урожаев примерно в 17 млн тонн — это довольно высокий показатель. Например, в сезоне-2007/08, когда Россия вводила пошлины на экспорт пшеницы и ячменя и цены на зерновом рынке выросли до уровня, превышающего мировой, запасы составляли 7–8 млн. Объем производства пока оценивается в 80–85 млн тонн. При внутреннем потреблении менее чем 70 млн тонн налицо существенный излишек зерна, который можно снять с рынка как раз посредством экспорта.

Для наших партнеров, а это в первую очередь страны Северной Африки и Ближнего и Среднего Востока, это хорошая новость. Они привыкли к российской пшенице, ценят ее за соотношение цены и качества. В этих странах мы имеем и заметное преимущество перед своими европейскими конкурентами и за счет стоимости фрахта. Не думаю, что мы можем столкнуться с серьезными проблемами по возврату на свои традиционные рынки.

Открытие экспорта — хорошая новость и для российских фермеров, которые наконец смогут несколько улучшить свое экономическое положение. Сверхдоходы сезона-2007/08, когда цены на зерно и в мире, и в России устанавливали рекорды, давно закончились. Последовавшие за ним два сезона — время экономического кризиса, низких цен и, как следствие, падения инвестиций. В прошлом году на это наложилась и серьезная засуха.

Следствием стал самый низкий сбор зерна с конца 1990-х и дальнейшее ухудшение экономического состояния нашего растениеводства. Частично помочь нашим крестьянам в прошлом году мог бы рост цен, и действительно в начале сезона российский рынок активно укреплялся вместе с мировым. Однако далее последовало неожиданное введение запрета на экспорт, что приостановило этот рост.

Можно сказать, что Россия помогла вырасти мировым ценам на зерно, но бенефициарами этого роста оказались не наши сельхозпроизводители, а фермеры в других странах, в том числе во Франции и США, которые являются одними из наших ключевых конкурентов на мировом зерновом рынке.

Дополнительно к эмбарго государство в начале этого года приступило и к реализации зерна из интервенционного фонда. Следствием стало серьезное ослабление цен на пшеницу, снизившихся с нового года по апрель примерно на четверть.

Поэтому, а также потому, что до недавнего времени было непонятно, отменят эмбарго или нет, настроение у сельхозпроизводителей было крайне негативное. Если бы решение о снятии эмбарго не было принято, на внутреннем рынке произошел бы еще один виток снижения цен, что поставило бы производителей в еще более сложные условия. И это в то время, когда возрастает сезонная потребность в оборотных средствах, которые нужны как для проведения посевной кампании, так и для уборки с последующим севом озимых культур. Если бы экспорт все еще был закрыт, мы бы, весьма вероятно, увидели существенный недосев озимых под урожай следующего года.

Однако решение о снятии эмбарго принято. Есть и заметный потенциал для укрепления цен. По состоянию на прошлую неделю разница цен между российским и мировым рынком пшеницы составляла примерно $100 за тонну. Однако не думаю, что это означает, что в ближайшее время российский рынок будет расти взрывными темпами, которые были бы сопоставимы с ростом в июле-августе прошлого года, когда за два месяца цены на пшеницу на мировом рынке почти удвоились.

Первая причина, почему взрывного роста цен на внутреннем рынке не будет, заключается в том, что разница между рынками будет сокращаться не только за счет роста цен на нашем рынке, но и за счет снижения на рынке общемировом. Так, за несколько сессий цены на фьючерс на поставку пшеницы в Чикаго, которые являются главным индикатором для всего мирового рынка, опустились примерно на 7–8%.

Вторая причина — в естественном процессе установления рыночной цены, который заключается в переговорах между покупателями и продавцами. Сейчас наши покупатели (а на юге это традиционно экспортеры) понимают, что, с одной стороны, запасы зерна высоки, а сельхозпроизводители находятся в тяжелой ситуации, что усиливает переговорные позиции экспортера. С другой стороны, на фоне заявлений о возможности введения плавающей пошлины покупатели несут определенные риски, что ограничивает их в возможности дать за нашу пшеницу высокую цену, сопоставимую с мировой.

В целом сейчас мы ожидаем роста в несколько десятков процентов в течение одного-двух месяцев, по итогам которых цены на пшеницу могут вернуться к уровню начала этого года.

Скажется ли это на розничных ценах на продовольствие? Да. Однако влияние этого фактора на конечную продовольственную инфляцию по итогам года, на наш взгляд, будет весьма ограниченным. Во-первых, доля сельскохозяйственного сырья в розничной цене весьма невысока, составляя от нескольких процентов до максимум нескольких десятков процентов по отдельным позициям. Все остальное — это переработка, доставка, упаковка, маркетинг, маржа ритейлера и т.д.

Во-вторых, в январе–апреле цены на зерно у нас активно снижались, что в ближайшие несколько месяцев создаст некоторые предпосылки для сдерживания продовольственной инфляции, на что может наложиться и сезонное снижение цен на плодово-овощную продукцию. В-третьих, усиливается конкуренция (наконец!) в животноводческом секторе, что не позволяет нашим птицеводам и свиноводам повышать цены пропорционально росту стоимости кормов.

Отдельный и, вероятно, не менее важный вопрос, почему вообще с продовольственной инфляцией стоит бороться за счет растениеводческой отрасли.

Эта отрасль получает сверхдоходы? Нет. Более того, как показал провальный прошлый год, запас прочности у отрасли минимален. С учетом нехватки средств на современные агротехнологии новая засуха может вновь привести к серьезнейшему неурожаю. Отрасль требует массированной господдержки или введения барьеров на пути импорта, чтобы обеспечивать высокие внутренние цены? Тоже нет.

Наше растениеводство в целом привыкло жить в непростых рыночных условиях. Нужно ли стране развитие растениеводства? Надеюсь, что да. Разговоры о том, что Россия может стать «житницей мира», в последнее время затихли, однако все ресурсы для этого по-прежнему есть. Для того чтобы они заработали, нужны инвестиции, а чтобы они пришли, нужна понятная и предсказуемая государственная политика.

 
 
Комментировать



Авторизация

Войти с помощью соц.сетей: 


Если вы по каким-то причинам не можете войти на сайт, воспользуйтесь функцией восстановления пароля или напишите администратору

Регистрация

Войти с помощью соц.сетей: 


Генерация пароля