Профессор Данилов:
Виктор Петрович, сначала о компакт-дисках. Впервые поименно названы сотни тысяч жертв сталинского режима. Можно ли сказать, сколько среди них крестьян?
— Эти компакт-диски подготовлены обществом «Мемориал», они охватывают не только крестьян, но все жертвы как таковые, и за очень ограниченное время — с октября 1936 года до конца 1938 года, которое принято называть временем Большого Террора. На самом деле это было лишь временем апогея репрессий, а весь период Большого Террора я датирую с июня 1927 года по март 1953-го. Крестьянство на момент возникновения т.н. «советского общества» составляло 80% населения страны и явилось основным обектом сталинского террора. Поэтому цифры, приведенные в этих компакт-дисках, очень незначительно отражают масштабы репрессий против крестьян. Пока названы имена лишь небольшой части погибших
Мы в ряде своих изданий пытаемся восполнить этот пробел, определить общий ход истории крестьянства в XX веке. С 1999 года мы выпускаем свое многотомное издание «Трагедия советской деревни», привлекая с каждым годом все больше новой исторической информации из постепенно рассекречиваемых архивов. Они стали нам доступны только с начала 90-х годов. Недавно мы выпустили пятый том, который из-за обилия материала пришлось делать двумя книгами — сначала отдельно о 1937 годе, а сейчас завершаем подготовку к изданию книги по 1938-1939 годам.
Первая книга последнего тома в самом деле стала знаковым событием. Именно в ней мы подошли к периоду 1937-1939 гг., и именно сейчас нам стали доступны много новых документов, и пришлось делать пятый том в двух книгах.
— Почему Сталин так ненавидел именно крестьянство?
— Видимо, это будет упрощенным взглядом. Для Сталина, как кровавого диктатора, тирана, не имело значения, к какому классу человек принадлежит… Крестьянство стало основным обектом сталинского террора просто потому, что оно было основной частью населения страны, и именно той частью, которая производила хлеб. А хлеба в нашей стране всегда не хватало, более того — новой власти хлеба требовалось все больше и больше — для экспорта, зарабатывания валюты для ускоренной милитаризации… Хлеб в нашей стране всегда был большой политикой…
— Что нового вам удалось внести этими пятью томами «Трагедии советского крестьянства» в отечественную историографию, какие новые факты открылись?
— Думаю, значение этих книг в том, что они дают знание подлинного исторического процесса, знание, подкрепленное огромной фактурой. Если в начале работы над проектом «Трагедия советского крестьянства» нам были доступны (и то с ограничениями) государственные, партийные, военные архивы, то теперь нам стали доступны архивы ФСБ (то есть бывших ВЧК, ОГПУ, НКВД). И теперь мы понимаем, что наше предыдущее знание этого процесса было ограниченным… Причем до этого нам был недоступен исторический материал о самых неприятных моментах советской истории, который, конечно, прежняя власть хотела бы скрыть, — документы о репрессиях против своего народа, о тяжелых военных поражениях и т.д. Новый исторический материал оказался настолько значительным, что мы предложили руководству архивов ФСБ сделать это отдельным изданием — «Деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД», и получили согласие. В этом издании мы впервые ввели в научный оборот много новых документов. Вышли два тома и первая книга третьего. Сейчас работаем над второй книгой третьего тома, а будет еще и четвертый…
— Расскажите о третьем своем проекте, посвященном истории крестьянской революции в России.
— Что касается этого проекта, то здесь нет ограничений по числу томов. Здесь вышли книги «Крестьянское восстание в Тамбовской губернии в 1919-1921 годах», «Крестьянское движение в Тамбовской губернии в 1917-1918 годах», книга о крестьянском движении в Поволжье в 1919-1922 года, а также книга о Филиппе Миронове — «Трагедия Тихого Дона». Сейчас работаем над подготовкой большого сборника документов о махновском движении…
Все три проекта в работе, в постоянном развитии. Только закончив их, мы сможем утверждать, что подлинно знаем, что же было на самом деле в истории нашей страны, народа и крестьянства в XX веке.
— Вы описываете множество крестьянских восстаний. Что их всех обединяло?
— Борьба за землю и свободу. Ведь при всех своих достижениях Россия вступила в XX век с полукрепостным режимом в деревне. Огромные помещичьи землевладения при крестьянском малоземелье, сохранявшаяся власть помещиков в деревне при бесправии крестьян, которые не пользовались нормальными правами человека. Крестьянина можно было административным решением выслать из родного села — это право властей сохранялось до 1917 года. Было у властей и право применять телесные наказания крестьян… Крестьяне добивались реформ, но они шли очень медленно. Если бы темп реформ на селе был немного более быстрым, у нас не было бы революции ни 1905-го, ни 1917 годов.
Сейчас в печати много пишут о реформе Столыпина. Она, как мы помним, началась в 1907 году, а должна была начаться… в 1885 году. Их в российском правительстве того времени предлагал Бунге. Это те самые меры, что начал осуществлять Столыпин спустя 20 лет, при остром недостатке времени — свободный выход крестьян из общины, право обзаводиться своим участком земли и т.д. Если бы эти реформы начались тогда, в 1885 году — не было бы революции 1905 года.
— То есть, критическими факторами стали время и темп реформ?
— Да. Именно из-за медленного темпа реформ острота крестьянских выступлений на рубеже XIX-XX веков стала нарастать, а переломным стал 1902 год. Если до этого в стране крестьянское протестное движение было более или менее ровным, за год регистрировались от 30 до 70 мелких выступлений по частным поводам, то в 1902 году они охватили фактически все районы помещичьего землевладения, огромные пространства страны. Это был настоящий социальный взрыв, грозное предупреждение властям, которое они так и не услышали…
В 1902 году крестьяне повели себя совсем по-другому, не так, как раньше. Если до этого, сталкиваясь с властями, они писали прошения и «челобитные», униженно просили о помощи, жаловались на притеснения и т.д., то в 1902 году, как заметили многие умные чиновники тех лет, крестьяне уже ничего не ждали от власти и ничего не просили. На историческую арену вышел крестьянин эпохи революций, готовый ко всему…
И революция 1905-1907 годов уже носила отчетливый крестьянский характер. Это заметили, например, В.Ленин и его идеологический антипод П.Милюков…
— Давайте перенесемся в наши дни. Скажите, современные власти России, возьмем 90-е годы, учитывает ли уроки истории в отношении крестьянства?
— Увы, нет, ни в малейшей степени. И это справедливо по отношению не только к крестьянству…
На снимке: Виктор Данилов.
ИЗ КНИГИ «ТРАГЕДИЯ СОВЕТСКОЙ ДЕРЕВНИ. КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ И РАСКУЛАЧИВАНИЕ. ДОКУМЕНТЫ И МАТЕРИАЛЫ. 1927-1939 ГОДЫ. ТОМ 5. 1927-1939. КНИГА 1. 1937 ГОД».
Документ N71. Спецсообщение УНКВД Курской обл. «О продовольственных затруднениях в колхозах». 1 февраля 1937 г.
В связи с тем, что в некоторых колхозах Ст.-Оскольского района в 1936 г. Колхозники получили чрезвычайно мало на трудодни в этих колхозах уже теперь ощущаются продовольственные затруднения. В колхозе им. Горожанкина имеются две семьи, которые уже теперь не имеют хлеба. Члены этих семей от недоедания опухли
В колхозе «Красный май» семья колхозника Нерских состоит из 7 чел., из них только один трудоспособный. Семья не имеет хлеба, дети опухли от недоедания
В колхозе «8 марта» в связи с тяжелым продовольственным положением трудовая дисциплина на низком уровне. Постоянных конюхов нет. Уход за лошадьми производится от случая к случаю. Работы, связанные с подготовкой весеннему севу, не начаты еще».
Информирован областной комитет ВКП (б).
Начальник 4 отдела ГУГБ комиссар государственной безопасности 3 ранга Курский.
Документ N81. Спецсообщение УНКВД Воронежской обл. «О продовольственных затруднениях в некоторых районах области». 17 февраля 1937 г.
В колхозах Петропавловского, Радченского, Пичаевского, Лебедянского и Алексеевского районов в связи с продовольственными затруднениями отмечен ряд случаев употребления колхозниками в пищу различных суррогатов. В некоторых селах колхозники, не имея хлеба, убивают продуктивный скот и питаются исключительно мясом. Отдельные колхозники от недоедания опухают.
Радченский район. Колхозница колхоза «Новая жизнь» Харченко Анастасия (жена бывшего красного партизана) питается исключительно свеклой и вместе со своими 3-мя детьми опухла. Опухла также с детьми от недоедания колхозница колхоза им. Петровского Зеленская А.Е.
Алексеевский район. В колхозе «Свободный труд» семья колхозника Мякота в 8 чел. (в том числе 7 детей) опухла и лежит в постели. В колхозе им. Сталина имеются 3 семьи колхозников, опухших от голода Аналогичные факты отмечены в ряде колхозов Лебедянского и Петропавловского районов. Наблюдается резкий упадок трудовой дисциплины, что тормозит развертывание подготовительных работ к весеннему севу 1937 года
Петропавловский район. В связи с продзатруднениями председатель колхоза «Красный коммунар Вербицкий Н.Е. дважды подавал директору МТС заявление об освобождении его от работы. Причем в последнем заявлении он писал, что если его не освободят от работы, он все бросит и уедет или покончит жизнь самоубийством. Бригадир колхоза «Серп и молот» Радченского района Иванов Д.З., совершенно не имея хлеба, пытался повеситься. В этом же колхозе также пыталась повеситься колхозница Гапченкова П.И.
«Сельхозинвентарь ремонтировать спешить нечего, ведь в колхозе крестьянин все равно ничего не заработает, так как заберут все в налог. Скорее бы империалисты напали на СССР, тогда бы Советский Союз был разбит (заявление колхозника, Пичаевский район).
Информирован обком ВКП (б).
Дукельский.
Документ N82. Спецсообщение УНКВД Ленинградской области о перебоях в торговле хлебом в отдельных районах. 19 февраля 1937 г.
Кирилловский район. Спрос на хлеб со стороны крестьян значительно повысился. У магазинов города и села собираются очереди в сотни человек Среди населения отмечается высказывание нездоровых настроений. В д. Нефедьево на почтовом ящике была обнаружена листовка следующего содержания: «Даешь хлеба! Товарищи! Довольно терпеть голод. Давно вы согласны восстать и бунтовать за хлеб. Товарищи крестьяне, рабочие, мы голодаем. Давайте бунтовать, громить сельсоветы, магазины и хлебные склады.».
Демянский район. Отмечены следующие антисоветские высказывания: «Дожили, работай не разгибая спины, а за буханкой хлеба стой по суткам, а говорят, что живем зажиточно». Из толпы были слышны возгласы: «Всех обобрали. Наш хлеб отдали по 1 руб. 80 коп. за пуд (16 кг — прим. ред.), а покупаем по рублю килограмм».
Информирован обком ВКП (б).
Коркин.