«Крестьянские ведомости» уже не раз сообщали о ходе борьбы канадского фермера против транснационального гиганта агробизнеса. Шмайсер, которому 72 года, стал героем движения антиглобалистов против попыток компании «Монсанто» установить режим патентного права на семена трансгенных растений, которые она продает, отмечает Inter Press Service. Поясним, что это значит. Фермерам запрещено оставлять часть урожая на семена, об этом подписывается соответствующий документ. Каждый год они обязаны покупать семена у «Монсанто» и, кроме того, выплачивать отчисления за авторские права. Чтобы не было соблазна обмануть фирму, нанят штат бывших полицейских, которые проводят инспекторские проверки. Об этом много писала мировая аграрная пресса.
Есть еще технология «терминатор», при использовании которой полученные семена не дадут всходов, сколько их ни высевай. Но применить «терминатор» «Монсанто» пока не рискнула ввиду широких протестов по всему миру.
Последние события, по версии Inter Press Service, таковы. 5 лет назад по иску «Монсанто» на ферме Шмайсера (400 га) в провинции Саскачеван правоохранительные органы Канады арестовали весь урожай канолы (гибрид рапса масличного). Фирма обвинила фермера в нарушении патентного права компании на трансгенную канолу Roundup Ready, поскольку он не заплатил за семена, а также не подписывал соглашения.
Шмайсер признал, что часть канолы на его полях действительно была трансгенной, но виной тому естественный процесс опыления, поскольку за год до этого его сосед выращивал ГМ—канолу, к тому же рядом находится фабрика по ее переработке. Мелкие семена и пыльца трансгенных сортов могли быть перенесены ветром, пчелами и др. Шмайсер заявляет, что в течение 50 лет он всегда высевал только свои семена от предыдущего урожая. Благодаря тщательному их отбору урожайность на его полях была самой высокая в округе.
Видимо, часть семян урожая 1997 года действительно содержала ГМ—компонент, поскольку фермер на следующий год не применял на своих полях гербицид RoundUp. А если нет ГМ-культур, то и этот гербицид не нужен.
Тем не менее, по иску «Монсанто» канадский суд в 2001 году вынес решение, что фермер виноват. И не имеет значения, каким образом ГМ—культуры попали на его поля, и была ли при этом получена выгода. Сам факт нахождения таких культур и их сбор в виде урожая являются нарушением прав «Монсанто». Штрафы и прочие наказания суд определил в 143 тыс. долларов. По словам Шмайсера, после этого «Монсанто» потребовала оплатить еще около 716 тыс. долларов судебных издержек.
Как отмечают эксперты некоторых неправительственных организаций, положение просто абсурдное («как если бы кто—то вылил грязь на ваши поля, а потом еще и обвинил в этом»). «Исход судебного разбирательства по делу Шмайсера создаст важный прецедент для других стран», «последствия для мирового сельского хозяйства будут огромными», «если Шмайсер проиграет, это будет ужасно для фермеров» — такие высказывания экспертов приводит в этой связи агентство.
Достаточно сказать, что на 60% всех посевных площадей канолы в Канаде (это около 4,5 млн га) возделывается трансгенная разновидность данной культуры. До сих пор судебные издержки, по словам Шмайсера, составили 214 тыс. долларов. Лично он потратил 140 тыс. долл. собственных средств. Остальные деньги — пожертвования. По утверждению фермера, «Монсанто» делало все возможное, чтобы затянуть процесс и увеличить расходы. Когда Шмайсер проиграл дело в суде, этот так напугало фермеров во многих странах, что они стали присылать Шмайсеру пожертвования. Во многом поэтому он и стал судиться дальше.
Шмайсер очень рад, что дело дошло до Верховного суда страны, хотя это стоило ему огромных денег и 5 лет борьбы. Теперь в стране публикуется много прогнозов исхода дела. Если побеждает Шмайсер, это будет означать, что нельзя заставлять фермеров часть урожая использовать на семена. Если Шмайсер проигрывает — то «Монсанто» должно нести ответственность за загрязнение полей генетическими материалами.
Процесс начнется 20 января, и за ним будет тщательно следить Национальный союз фермеров Канады. В союзе обеспокоены проблемой «генетического загрязнения» полей. В провинции Саскачеван один фермер может потерять лицензию на производство экологически чистой канолы высшего качества. «Монсанто» заявляет, что данная проблема затрагивает не более двух десятков хозяйств, однако некоторые эксперты заявляют, что многие фермеры просто боятся сообщать, что на их полях появилась нежелательная трансгенная культура. Поскольку Шмайсер проиграл дело в 2001 году, ничего для фермеров неясно, и они боятся, что в таком случае их заставят платить «Монсанто» как должников.
Ну а Шмайсеру уже нечего терять. Он заявляет, что компания «Монсанто» «создала атмосферу страха», ее тактика — «чистейший биотерроризм». По его словам, «Монсанто» рассылает фермерам угрожающие письма и заявляет, что на их полях могут быть трансгенные культуры. Далее «Монсанто» дает понять, что она не будет добиваться судебного преследования, если фермер заплатит 10 или 20 тыс. долларов.
Недавно, сообщило агентство, 1000 фермеров—«органиков», производящих экологически чистую продукцию подали коллективный иск на действия фирм «Монсанто» и «Авентис». Истцы добиваются компенсации за утраченные рынки своей продукции из-за появления ГМ—канолы и других трансгенных культур.
Наконец, нельзя не отметить позицию более 200 фермерских групп, в том числе Канадского совета по зерну, препятствующих внедрению в Канаде трансгенной пшеницы. То, что произошло с канолой, может произойти и с пшеницей, убежден Шмайсер, а это не в интересах фермеров.
На этом фоне нам в России также неплохо было бы подумать, почему иностранные компании иногда чуть ли не бесплатно раздают нашим хозяйствам и дачникам семенной материал сельскохозяйственных культур (в том числе и трансгенных) «для полевых испытаний», как об этом неоднократно сообщала российская печать. Почему они щедры у нас и безжалостны у себя дома, думаю, понятно: время еще не подошло, да и взять с русских крестьян пока еще ничего.
Но тенденция вполне очевидна. И после вступления России в ВТО нам придется подчиняться всем правилам этой организации — хорошим и плохим, справедливым и не очень. И в том числе применять иностранное патентное право на российской территории.
Как это сделал канадский суд в отношении деле гражданина Канады Шмайсера.