ЦИВИЛИЗОВАННЫЙ РЫНОК ЗЕРНА

Ситуация на рынках зерна в России и в странах СНГ к настоящему времени стала во многом похожей — те же проблемы (причем, как в годы недородов, так и в годы стихийных урожаев), те же силы противодействия рынку, те же тупики при попытках принятия полумер, то же отношение к отрасли как к "черной дыре", или к второстепенному обекту, пасынку со стороны государственных органов. Однако такое не везде.

На Украине и в Казахстане за последнее время наметился существенный перелом в политике государства в области поддержки АПК и в особенности – в зерновой отрасли. Об этом, в частности, свидетельствуют нормативные акты Минагрополитики Украины, МСХ Казахстана, Правительств, а также Законы этих республик, например, о зерне и рынке зерна, о государственных гарантиях сельхозпроизводителям по залоговым закупкам зерна, об организации страхования ценовых рисков зерна на фьючерсных биржах и др.

Особенно важен в этом плане факт узаконивания на Украине и в Казахстане эффективнейшего инструмента – складского свидетельства (зерновой расписки) на зерно. Инструмента, без которого современные рынки зерна (как СПОТ, так и тем более — срочный) просто несостоятельны.

Расскажем о возможных проблемах и путях такого построения рынка с помощью складского свидетельства.

ГДЕ МЫ НАХОДИМСЯ

Прежде чем оценивать осуществимость тех или иных путей становления и развития рынка зерна, полезно четко и честно определить то фактическое состояние, которое сложилось в нашей современной зерноторговле (называть это рынком еще рановато).

Начнем с предмета, т.е. зерна. Сколько, где и из каких семян его фактически сеют? Сколько и каких удобрений вносят? Какова реальная себестоимость производства зерна? Сколько и какого по качеству зерна фактически собирают? Сколько и где его перерабатывают и хранят? Каков "чистый товарный" обем зерна? Кому, почем, как и за что его продают?

Достоверных данных нет ни по одной позиции. Кое-что удается выяснить лишь на местах. Официальная статистика не дает возможности точно оценить обем и структуру каналов сбыта зерна. Если же опираться на немногочисленные выборочные исследования отдельных НИИ по тем или иным регионам России, то картина складывается примерно следующая:

Через посредников проходят практически весь обем "неучтенного" зерна и не менее 70% легального.

Далее. У зерновых хозяйств практически нет собственных оборотных средств, достаточных для финансирования сезонных затрат на посевные и уборочные кампании. Ну, а когда нет денег — на помощь приходят кредиторы. Но очень странные. Вместо денег они дают (точнее, заставляют брать) семена, горючее, сельхозтехнику, химикаты и пр. в кредит. Причем стоимость такого товарного кредита сразу же взлетает вверх на 30-50% от"нормальной" стоимости товаров. 

А когда настает пора расчета, то кредиторы почему-то не хотят получать деньгами. Только зерном, и только по" договорным" ценам, которые едва-едва покрывают затраты зернового хозяйства.

В результате – урожай ушел за долги по натуральному кредиту," живых"денег нет, зарплату выдают зерном (которое колхозники тут же, не торгуясь, продают за наличные деньги, еще больше сбивая цены), касса и счет в банке пустые, ценного имущества в залог нет, банковские кредиты"не светят", а налоги — вынь да положь. Растет недоимка, растут долги за электроэнергию, тепло, воду и т.п.

Опять нужны "благодетели" со своим товарным кредитом. И круг — точнее, петля — замыкается.

Не в радость и "рекордные урожаи", особенно, когда они – подряд. Тут зерно вообще отдаешь ниже себестоимости все тем же сердобольным перекупщикам (гордо именующих себя зернотрейдерами), которые знают, что зерновому хозяйству самому не по силам искать Покупателя (Переработчика) зерна, способного заплатить "настоящую" цену. У тех тоже денег раз-два, – и обчелся. Все деньги — у посредников.

А может быть, родное государство поможет? Выделит деньги на крупные поставочные партии зерна по твердым ценам? Пробовали. Выделяли. Но почему-то деньги до хозяйств не доходили (да и сейчас, во время очень "прогрессивных" закупочных интервенций 2001—2003 гг. — не дошли).

Как-то незаметно исчезали в непрозрачных товарно-финансовых схемах через госагентов, госпродкорпорации и пр.

Тогда, может быть, дать шанс простому сельхозпроизводителю самому (!) продавать выращенное зерно на бирже? Тем более, что и биржи есть, и биржевики обучены.

Так то оно так, да те биржевые торги, что после долгих раздумий организует государство, во-первых, не дают гарантий исполнения сделок (главное — оплаты проданного зерна), во-вторых, требуют денежных залогов (?!) от продавцов (то есть нищих хозяйств).

Кроме того, правила размещения заявленного на биржевые торги зерна на элеваторах таковы, что позволяют за счет несложных фокусов отстранять от торгов действительных производителей зерна.

Потом не надо забывать и об арестованных и голых расчетных счетах зерновых хозяйств. Как только там появятся хоть какие-то деньги — их сразу же отнимет родное государство в счет накопившихся недоимок по долгам по налогам, и той массе паразитирующих пеней и штрафов, которые уже переросли основную сумму (тело) долгов и грозят похоронить само существование зерновых хозяйств как юридических лиц.

Вот факты: свыше 85% хозяйств— неплатежеспособны, уровень задолженности аграрного сектора превысил 350 млрд рублей, а прибыль хозяйств в 2002 г., несмотря на почти рекордный урожай, снизилась на 20%.

И здесь не помогут никакие речи о пользе рынка и рыночных методов торговли, современных биржевых технологиях, хеджировании ценовых рисков, новых формах банковского кредитования и т.д. и т.п.

Наконец, еще один интересный аспект современного состояния зерновой отрасли. Семена. Резкое и немотивированное самоустранение государства не только в части финансовой поддержки зерновых хозяйств по закупке высокоурожайных элитных или сортовых семян, но и в плане элементарного сквозного контроля за качеством семенного материала и далее — по цепочке переработок зерна до готовых хлебопродуктов и изделий, — все это замыкает еще один порочный круг (петлю).

Отсутствие собственных оборотных средств, отсутствие государственного финансирования, недоступность банковских кредитов заставляют хозяйства отказываться от покупки сортового сертифицированного семенного материала. В ход идет зерно массовых репродукций с низкой всхожестью и урожайностью (о качестве будущего зерна можно уже и не говорить). Собранный с грехом пополам урожай (если только не будет неожиданных подарков природы) и обемом, и качеством неизбежно окажется ниже прошлогоднего, а затраты на него — как минимум те же.

Значит, и выручка, и прибыль будут ниже, и чтобы покрыть растущие затраты на ГСМ, сельхозтехнику, химикаты и пр., надо увеличивать посевной клин, а это тоже затраты, требующие средств, которых нет.

Усугубляет положение также практика вынужденного увода части урожая в "тень" и полулегальной переработки зерна с последующей такой же полулегальной реализацией готовой продукции – муки и хлебобулочных изделий населению. 

Здесь одинаково страдают:

государство — оно не получает в виде налогов поступления в бюджет, которые могли бы вернуться в хозяйство бесплатной (или льготной) помощью для покупки качественных семян;

само хозяйство — из-за кустарно выращенного зерна резко снизилось и качество кустарно переработанной из него продукции, а значит, снизились и цены, и выручка, и прибыли;

потребители (мы с вами) — вынужденно потребляя низкокачественные хлебопродукты и изделия, имеющие не только меньшие по составу и содержанию количества белков, витаминов, микроэлементов, калорий и пр., но и вредные пищевые добавки, призванные заменить дефекты низкого качества хлеба. Мы в конечном счете переплачиваем (либо прямо — покупая более дорогие продукты для восполнения дефицита питания, либо косвенно, — покупая впоследствии не менее дорогие лекарства для лечения от некачественного и "дешевого" хлеба).

Таким образом, существует комплекс обективных и субективных факторов, препятствующих развитию нормального рынка зерна.

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Первое. Необходимо провести радикальную реструктуризацию долгов, освободив хозяйства от кабалы и паразитирующих пеней и штрафов. Эту задачу пытались решить с 1996 г. и в целом неудачно, т.к., в частности, не смогли задействовать все возможности таких финансовых инструментов как складские свидетельства (далее — СС), а также потенциалы БАНКА, БИРЖИ и БЮДЖЕТА в совокупном интересе (см. "КВ" № 1—2, 2002 г).

Второе. Открыть доступ сельхозпроизводителям к льготным банковским кредитам для посевных и уборочных кампаний.

Вариантов здесь масса, но если учесть финансовое состояние хозяйств, а также неизбежные банковские риски при "традиционном" залогово-обеспечительском кредитовании, которые также неотвратимо удорожают стоимость кредитов, то самым реальным, по нашему мнению, останется только вариант РЕПО на основе СС.

Третье. Дать возможность производителям зерна самим продавать его на открытых торгах в любое время, с любого места, в любых количествах по самым справедливым на текущий момент ценам.

Решить все эти три задачи, причем в параллельном режиме поможет СС. Здесь же рассмотрим проблемы взаимосвязи срочного и СПОТового рынков зерна, т.к. даже у сторонников и профессионалов организованного рынка нет единства позиций по многим принципиальным вопросам.

ПАРАМЕТРЫ И УСЛОВИЯ ЦИВИЛИЗОВАННОГО РЫНКА ЗЕРНА

В развитых странах рынки наличного (реального ) товара, в т.ч. – зерна, функционируют в самых разнообразных формах (заметим, только внешне похожих на наши). Это товарные биржи наличного зерна (остались, как ни странно, и такие, и даже опять возникают, например, в Австралии, Канаде), аукционы, обмен офертами на оптовые партии зерна по телекоммуникационным каналам связи, включая Интернет, ярмарки, выставки-продажи, торговля с элеваторов, долгосрочные возобновляемые контракты (договора на поставку), разовые сделки, и даже встречные поставки (сделки запродажи), немного похожие на наш бартер.

Несмотря на отличия в технологии заключения сделок, гарантиях их исполнения, затратах и по другим параметрам, всем формам цивилизованного СПОТ-рынка в равной степени присущи такие качества, как доступность, открытость, равенство условий для любого участника, состязательность, неизменность правил, т.е. то, что характеризует так называемые в теории маркетинга реальные, совершенные и идеальные рынки. И то, что практически отсутствует у нас.

Что касается управления цепочками поставок (Supply Chain Management), то по сути оно сводится к широким возможностям выбора базиса поставки, вариантов доставки, ассортиментного набора, графиков транспортировки и оплаты и др., которые предоставляются всем участникам площадками электронной коммерции по схемам B-2-B (Производитель — Переработчик) или B-2-C (Продавец-Покупатель).

К организации сбора и распространения ценовой информации на СПОТ-рынках зарубежные государства подходят по-разному. В США, например, участники зернового рынка сами добровольно передают специальным государственным репортерам информацию об обемах и ценах реализации и, в свою очередь, бесплатно получают от государственных служб комплекс информации о состоянии рынков (в т.ч. биржевых и международных) с необходимыми обзорами, аналитикой, рекомендациями и пр.

В ряде европейских государств передача ценовой информации всеми участниками наличного рынка, — обязанность, предусмотренная законом.

В стройной системе ценообразования, которая сложилась в развитых странах, цены каждого рынка — СПОТ, срочного, биржевого, внебиржевого — строго определенным образом структурированы и взаимосвязаны. 

Но базовым, системообразующим индикатором является цена СПОТ-рынка. Поэтому ни информативно, ни как-нибудь иначе цены инструментов срочного рынка (будь то даже поставочные биржевые форварды или фьючерсы) не смогут заменить цен наличного рынка. Более того, само существование полноценных товарных фьючерсов и опционов обусловлено наличием организованного СПОТ- рынка (без него невозможны базис, арбитраж, выход из позиции по фьючерсам и др.).

Вопрос о репрезентативности обема наличной реализации товаров для более или менее точного определения баланса между спросом и предложением и тем самым установления так называемой равновесной или"справедливой" цены (fair price) — это вопрос не только теории, но и практики. В соответствующих разделах математической статистики (и даже социологии) можно найти вполне приемлемые формулы расчета.

Однако практика неизбежно внесет свои коррективы.

В настоящее время за рубежом непосредственно через товарные биржи (как в товарных, так и во фьючерсных секциях) проходит от 1% до 5% наличного зерна. И этого вполне достаточно, учитывая функционирование стабильного, доступного, надежного и прозрачного внебиржевого рынка наличного зерна. Кроме того, здесь есть интересные аспекты.

В США, например, согласно действующему Закону"О скоропортящихся сельскохозяйственных товарах" 1930 г. подсолнечное масло торгуется либо на Чикагской и Нью-Йоркской Товарных Биржах в форме товарных фьючерсов. Либо вне бирж, по стандартным торговым соглашениям между производителем и покупателем, которые предусматривают выплату определенной премии сверх цены, котируемой на этих биржах.

Вот так, просто и ненавязчиво государство решает целый комплекс задач — стимулирует отечественную биржевую торговлю, защищает интересы своих производителей, регулирует через биржевые котировки огромные товарные потоки СПОТ-рынка, интегрирует СПОТ- и срочный рынки и пр.

МИССИЯ И МИФЫ СРОЧНОГО РЫНКА

На самом деле срочный рынок выполняет только две основные функции — страхование ценовых рисков на товары за определенный промежуток будущего времени и возможность извлечения прибыли от купли-продажи таких рисков. 

Тех, кто хочет застраховаться от ценовых колебаний на товар, который они либо производят, либо перерабатывают, называют хеджерами. К ним можно отнести зерновые хозяйства, крупяные фабрики, мелькомбинаты, комбикормовые заводы и т.п. А тех, кто готов заработать на колебаниях цен на товары, кто хочет спекулировать ценовыми рисками, и кому в принципе не нужен тот или иной товар, называют спекулянтами. Это торговые и финансовые компании, банки, страховые фирмы, инвестиционные фонды и пр.

Причем, в товарном срочном рынке (в отличие от фондового ) обязательно одновременное присутствие и хеджеров, и спекулянтов, иначе рынок не заработает.

Удивительно, но ряд зарубежных государств в регулировании срочных рынков применяет административно-властные меры. Так, по решениям властей некоторых штатов США местные фермеры обязаны хеджировать до 30% урожая зерновых, продавая фьючерсные контракты на товарных или фьючерсных биржах США. А в Канаде, где пшеница обявлена государственным достоянием, весь ее товарный обем выкупается государством в лице Канадского Комитета по пшенице по ценам, котируемым на канадских биржах. 

Почему на Западе государство так активно стимулирует и культивирует биржевую (в т.ч. срочную) торговлю зерном, да и другими стратегическими товарами?

Вот только некоторые прямые выгоды государства:

— сокращение выплат из бюджета для компенсации ценовых убытков производителям зерна;

— сокращение экспортной господдержки (дотаций) в связи с сокращением доли ценового риска в цене экспортируемого зерна ( внутреннее конкурентное преимущество отечественного производителя);

— сглаживание инфляционных скачков (сокращение затрат по антиинфляционным мерам);

— стабилизация цен на стратегические резервы государства по зерну;

— увеличение сумм, стабилизация и удешевление сбора налоговых поступлений от реализации зерна;

— сокращение расходов на борьбу с экономическими преступлениями в сфере торговли зерном, ликвидация условий для сговора монополистов-владельцев зерна о единых монопольных ценах;

— сокращение прямых потерь выращенного зерна от гибели из-за ненадлежащего его хранения.

СОВРЕМЕННЫЕ ТОВАРНЫЕ БИРЖИ

Современные товарные биржи — сложные и высокоорганизованные инфраструктуры, состоящие из:

— торгового блока (торговая система),

— расчетно-клирингового блока (расчетная и клиринговая палаты, расчетный банк),

— складского блока (сеть уполномоченных биржевых складов и элеваторов) и информационно-коммуникационного блока (компьютерные сети, аппаратно-программные комплексы, базы данных).

В настоящее время идет процесс своеобразной конвергенции, взаимопроникновения, взаимообогащения"классической" биржевой и внебиржевой торговли. И это вполне оправдано, т.к. у бирж появляется недостающая им гибкость в применяемых инструментах и методах торговли и расширяется клиентская база. А внебиржевые площадки приобретают недостающую"стандартность" сделок, надежность их исполнения и ликвидность торгуемого инструмента.

Электронные технологии торговли взяли на вооружение не только внебиржевые площадки, но и"классические" старейшие биржи (СМЕ, СВОТ, NYMEX), создавая своеобразные синтетические структуры типа GLOBEX (CME) или A/C/E (CBOT), которые необычайно раздвигают временные и пространственные возможности этих и без того крупнейших и влиятельнейших бирж. 

С помощью современных технологий электронных расчетов и обработки торговой информации биржи могут не только круглосуточно вести торги, но и даже территориально разделять собственно торговлю товаром и расчеты (клиринг) по торгам. Например, зерно торгуется в Европе, а клиринг и расчеты — в Чикаго. Кроме того, клиент СВОТ, находясь в США, может, к примеру," запустить" свою заявку в европейскую EUREX, или купить товар в Европе, при этом не увеличивая затраты на биржевые залоги и транзакции.

Однако было бы наивным полагать, что в России некие"виртуальные биржи“, интернет-площадки по торговле реальным товаром за реальные деньги способны в ближайшем будущем не только вытеснить, но конкурировать с"нормальными" биржами в плане надежности и гарантий исполнения сделок.

Что касается транзакционных затрат (комиссии брокерам, оплата банковских услуг и др.), связанных с использованием биржевых и внебиржевых систем, то, во-первых, их размер на биржах, как правило, выше (зато и надежность тоже выше). Во-вторых, абсолютный их размер в настоящее время составляет доли процентов от стоимости торгуемого товара (контракта). 

Для сравнения: совокупные расходы участников СПОТ-рынка, связанные с поиском партнеров, урегулированием базиса поставки, выплат посредникам, расчетами и пр., доходят до 3-7% от стоимости товара.

ВНЕБИРЖЕВАЯ ТОРГОВЛЯ

Если рассматривать внебиржевой рынок, то ответственность за выполнение обязательств по поставке зерна и его оплаты берет на себя каждый участник сделки на основании договора. При этом Покупатель может гарантировать оплату внесением аванса (задатка) или даже полной предоплатой всей партии зерна.

Сложнее с Продавцом, т.к. зачастую это не прямой владелец зерна, а перекупщик, к тому же не на всю партию зерна могут иметься элеваторные квитанции (Ф. 13), подтверждающие факт нахождения зерна в конкретном месте, конкретного обема и качества.

Безусловно, определенную гарантирующую роль играют неустойки и штрафы за нарушение принятых Покупателем и Продавцом обязательств, предусмотренных договором. Но все же их взыскание — процесс длительный и в наших условиях не всегда успешный.

И здесь отлично справляются с задачей финансово-банковские инструменты — документарные аккредитивы и инкассо (платеж против документов об отгрузке), факторинг (продажа дебиторской задолженности), форфейтинг (покупка долговых обязательств по оплате), товарные СВОПы (обмен товарного актива на финансово-денежный в сочетании с отсрочкой поставки и фиксации цен) и др.

Однако все эти инструменты, во-первых, дороги, во-вторых, "нестандартны", т.е. требуют проработки самостоятельных, индивидуальных договоров. И, в-третьих, они рассчитаны на применение лицами, имеющими достаточно высокую культуру и образование, чего пока трудно ожидать от руководства большинства предприятий российского АПК.

Продолжение – в следующем номере.