ООО «Бурмакино Плюс» — отнюдь не гигантское сельхозпредприятие, где всего 46 работников, но, несмотря на это, оно вдруг отважилось на получение крупного банковского кредита в 20 миллионов рублей. Да еще столь необычного для Ярославской области: под залог земли, о чем сайт www.AgroNews.ru и «Крестьянские ведомости» сообщили три года назад.
Как же это удалось ярославскому сельхозпредприятию? И как дальше развивались события? На эти вопросы «Крестьянских ведомостей» отвечает директор ООО «Бурмакино Плюс» Алевтина Логинова.
— Да, это верно, нам просто чудом удалось тогда получить в Россельхозбанке сумасшедший, совершенно немыслимый для других кредит. Когда я делилась с коллегами-директорами своим замыслом, мне говорили: не выйдет. Никто не верил, что залогом может послужить земля, но именно она как раз и открыла нам двери в банк. А такого в Ярославской области тогда еще не было.
— А разве помимо земли вам нечего было заложить?
— На тот момент, представьте, было уже нечего. Ведь еще раньше, заложив свои капитальные строения, технику и скот, мы взяли в банке кредит на покупку породистого скота – причем даже на более значительную сумму – на 21 млн рублей. А тут как раз появился нацпроект «Развитие АПК», в котором нам очень захотелось поучаствовать, так как при этом была возможность получить льготный кредит. Но как это сделать, если все у нас к тому времени было заложено-перезаложено, а, значит, дорога к банковским кредитам была перекрыта? Вот я и подумала: а почему бы не попробовать заложить землю? И, как видите, нам эта операция, в отличие от других, удалась.
— А другим сельхозпредприятиям почему не удается?
— Да потому что у них земли нет в их собственности. Вся земля – до единого гектара – у них арендованная, то есть это паи бывших колхозников. А банк это не устраивает. Банк говорит: «Это не ваша земля, хоть вы ею и пользуетесь, и, стало быть, залогом она служить не может». А вот у нас – 1100 га земли в собственности ООО «Бурмакино Плюс». Ведь все последние годы мы не сидели сложа руки, а неуклонно выкупали у бывших работников колхоза земельные паи. Да и сейчас эта работа активно продолжается. Знаете, вокруг нашего села разбросано еще аж 1400 га т.н. «невостребованных земель». То есть неведомо где находятся владельцы этих участков. Вот если найдем их, то сможем и эту землю оформить в свою собственность. А ведь земля – просто бесценный капитал. Она-то и послужила нам залогом для получения в Россельхозбанке столь внушительного кредита. Мне лично даже странно, что другие этого не понимают.
— И как же вы воспользовались миллионами, которые вам предоставил банк в кредит?
— Те самые 20 миллионов рублей кредита, полученных в банке под залог земли, ушли, как это и было предусмотрено, на реконструкцию и модернизацию животноводческого комплекса на 400 высокоудойных коров, который раньше представлял жалкое зрелище, без слез смотреть было невозможно. А сейчас комплекс преобразился: чистота идеальная, воздух сухой. Да от старой фермы только стены кирпичные остались, а вся «начинка» новая. Полная там механизация и автоматизация, включая дозированную раздачу кормов и навозоудаления. Дояркам остается только управлять процессом доения сытых, гладких черно-пестрых коров (это помесь с голштинками), на закупку которых в Ленинградской и Кировской областях пошел другой огромный кредит в 21 миллион рублей. Да, траты на скот колоссальные. Еще бы: до 100 тысяч рублей доходит стоимость одной такой буренки. Конечно, и раздачей кормов, и доением командует у нас компьютер, который выбирает наиболее оптимальный режим. А рацион – строго по науке: даем животным не только сенаж и комбикорма, но и патоку, и жмыхи. То есть применяем самое лучшее, самое современное. Кстати, мы одними из первых в Ярославской области внедрили «холодный» метод содержания телят, когда они в любое время года, даже зимой, свободно выходят во двор. Интересно, что и в морозы они с удовольствием резвятся на снегу в загоне. А главное – никаких заболеваний. Да это и естественно: они же у нас закаленные.
— А отдачу какую получаете от многомиллионных вложений? Собственно, не сожалеете, что набрали кредитов?
— Нет, я ни о чем не сожалею. Потому что вижу, что у нас каждый банковский рубль работает. Но вот в чем проблема. Когда мы только еще составляли бизнес-планы, а затем брали кредиты, разве ж можно было предположить, что закупочная цена молока вдруг упадет с 16 до 10 рублей? А тут еще добавилось повышение тарифов на электроэнергию и подорожание ГСМ. Конечно, кризис больно ударил по надоям, а в результате — по прибыли. Только сейчас, когда закупочные цены на молоко несколько поднялись, стали мы выходить из тяжелой ситуации. Молоко уже прибыльное, а это главная наша опора в экономике предприятия.
— Удается ли вам погашать кредиты в срок?
— Несмотря ни на что, удается. У банка к нам нет претензий. И в этом заслуга буквально каждого работника нашего предприятия. Люди же понимают, что в расчете на завтрашний день какие-то расходы надо сегодня ужать. У нас очень слаженный, работоспособный коллектив. И каждый крепко держится за свое место. Кстати, у нас средняя зарплата 10 тысяч рублей. По сравнению с другими хозяйствами совсем неплохо. У доярок, конечно, побольше. А вот, скажем, механизаторы на весеннем севе этого года заработали по 20 с лишним тысяч.
— То есть людей притягивает зарплата?
— Не только. Притягивает еще и жилье. Это и деревенские дома, и квартиры городского типа. На селе это так много значит. Если человек где-то мыкается, то и работать он в полную силу не будет. В последние годы мы не просто строим жилье, а строим вполне целенаправленно – для специалистов определенного профиля. Вот ищем сейчас высокопрофессионального специалиста – зоотехника и одновременно ветврача с опытом практической работы, который стал бы у нас начальником животноводческого комплекса. Условия такие: 12 тысяч основной оклад и различные солидные премиальные. И, конечно, квартира. Строим жилье и для инженера, который нам нужен. Нужен сейчас хозяйству и высокого класса тракторист, способный управлять импортным силосоуборочным комбайном, который мы покупаем. Если найдем – тут же он получит хорошее жилье.
— А есть ли у вас проблема трудовой дисциплины? Проще говоря, много ли у вас пьющих?
— Не удивляйтесь: ни одного. Было дело, пили у нас, как везде. И я издала строгий приказ: всем выпивохам в обязательном порядке закодироваться. А не хочешь – пулей вылетай из хозяйства. Деньги я выделила и автобусом возила эту публику в райцентр кодироваться. Вот так и пошло. Уже никого давно не кодирую, но каждый и без этого знает: выпьет хоть раз на работе – значит, он уже уволен.