Путевые заметки
Возвращение.
Последний вечер. Закат долгий и многоцветный, красящий напоследок верхушки сосен и лип в ярко-розовый. Бегают по лесу смелые зайцы, шуршат по травам ежи. Птица кричит в колонном пространстве покоя под высокими кронами столетних деревьев. И нет ничего, кроме звезды в просвете листьев, и теплых, домашних сумерек. Всё остальное — не очень важная суета. И подумается вдруг, что здесь, у краешка Оптины можно бы начать жизнь с начала, и прожить её прилично, умно. Набело. И может быть, — сообщить потом нечто важное уставшему человечеству…
На следующее утро ранняя литургия совершалась в Введенском соборе. Поразило обилие молодежи на службе. И наши дети — юные паломники — органично растворились в среде молящихся. Братский хор пел старинным замечательным знаменным распевом.
Испросив благословения на дорогу, мы тронулись в обратный путь. Начался ветер, пошел дождь, все было окутано серой пеленой. Вчерашний сосновый бор был уже не столько величественен, сколько суров. Но машина летела сквозь небесный плач и круговерть разошедшейся стихии. Душа была так переполнена, что отказывалась воспринимать что-либо еще. Мы молчали, погрузившись в память, боясь расплескать приобретенное, сохранить его в сердце как можно дольше — как благословение. «Так кто же я в этой жизни, — спросила я себя. — Гиперборей, устремившийся к своей цели, или бредущий на ощупь слепец?». Наверное, и то, и другое. А мотор все гудит. Рассекает напряженную неизвестность лобовое стекло. Но на душе тепло: мне не за что стыдиться и не от чего горевать.
И вспоминаются слова матушки Аполлинарии: «Никто никому ничего не должен, кроме Любви».
Москва — Свято-Пафнутьев Боровский монастырь — Оптина Пустынь – Шамордино – Москва
Елена Степунина
Фото: «images.yandex.ru»