У человека всегда есть выбор. Здорово, когда это выбор между хорошим и очень хорошим. Но, как считает бизнесмен Г. Восторгов, не стоит унывать, даже когда приходится выбирать между плохим и очень плохим.
«Оттрубив» 20 лет в системе МВД и выйдя в отставку, Восторгов пошел в бизнес. Инфляция в 1992 г. враз «села» все накопления, но он знал одно: мужчина обязан содержать свою семью. Так его воспитал отец, а потом и он учил сына зарабатывать хлеб самостоятельно, а не сидеть под крылышком у богатого папеньки.
Сегодня Восторгов преуспевающий бизнесмен. Последнее его «детище» ЗАО «Суворовское» в Троснянском районе.
— Геннадий Васильевич, в 45 лет перед вами стал выбор: отдыхать на пенсии или заняться чем-то полезным для себя и своей семьи. Вы остановились на втором.
— Сорок пять — для мужчины не возраст: жизнь только начинается. Про «отдыхать» я не помышлял, знал, что буду работать. И когда одна из московских фирм игорного бизнеса, имеющая несколько салонов и три казино, предложила возглавить службу охраны — принял предложение.
— В этот период на фирме случались какие-то происшествия?
— Мне платили (кстати, более чем достойно) именно за то, чтобы никаких «ЧП» не происходило. Вот их и не было.
— И денег, заработанных на охране этого бизнеса, вам хватило, чтобы через год уже заняться собственным делом?
— Одному мне собственное дело было не потянуть, а вот для четверых человек, обединивших капиталы, раскрутка нашей фирмы ООО «ММ Транс» оказалась по силам.
— И чем вы занимались?
— В 1993 г. в Москве был дефицит бензина, на автозаправочных станциях выстраивались километровые очереди. Мы с компаньонами закупили несколько бензовозов, стали доставлять горючее в столицу и торговать им прямо с машин. Через некоторое время построили свои автозаправочные станции: одну, вторую, третью.
— Этот бизнес и позволил вам через 3 года открыть уже собственную охранную фирму?
— Да. Сегодня у меня есть частное охранное предприятие «Джерри» и четверть акций в ООО «ММ Транс», от бензинового бизнеса я сейчас частично отошел.
— А охранную фирму возглавляете сами?
— Я — собственник, который наладил бизнес. А руководит службой надежный человек, как когда-то это делал я.
— Поэтому вы и решили открыть еще одно дело, обосновавшись на Орловской земле?
— Не только поэтому. Во-первых, деньги должны «работать», а не лежать мертвым капиталом. Во-вторых, я родился и вырос на земле. Сам работал на тракторе, и что такое хлеб, знаю не понаслышке. Как он зарабатывается, как выращивается, освоил с малолетства. Отец никаких поблажек мне не делал, хотя и был руководителем хозяйства. После школы посадил на трактор, через год проводил в армию. Да и после армии, когда поступил в институт, я сам обеспечивал себя, у родителей не брал ни копейки. В нашей семье просить было не принято. За это я по сей день вспоминаю отца добрым словом. В том, что я сегодня имею, как живу — его заслуга. Выбор аграрного бизнеса, любовь к земле — это тоже от отца.
— Почему вы выбрали Орловскую область?
— Прежде чем сделать выбор в пользу вашей области, мы обехали несколько регионов. Например, на Смоленщине (кстати, моей малой родине) сегодня нечего делать: хозяйства влачат жалкое существование, серьезно сельским хозяйством никто не занимается. Побывал с компаньоном в Саратовской, Курской, Липецкой областях. Где-то ведут аграрный бизнес лучше, где-то хуже, но нигде я не увидел такого серьезного отношения к земле, к инвесторам, как на Орловщине. Да и почвы здесь гораздо плодороднее, чем там, где побывал. Поэтому вместе с другим компаньоном (позже появился третий) и решили именно сюда вложить капиталы.
— А Тросна — это тоже собственный выбор?
— Да. Нам предлагали взять отстающие хозяйства в Кромском районе. Но заниматься воспитательной работой среди крестьян, разучившихся работать, мы посчитали нецелесообразным. А поэтому решили собрать земельные доли, принадлежащие частникам, и обединить их на правах аренды сначала в Троснянском, а позже и в Кромском районах. Вот так и было образовано ЗАО «Суворовское». Сегодня в нем 12 тыс. га пашни.
— Вы не побоялись начать с нуля?
— Нет, конечно. Земли действительно долгие годы не обрабатывались, заросли бурьяном. Пройдет еще не один год, прежде чем удастся привести их к агротехническим нормам. Но мы пошли на такой шаг, потому что нас это устраивает. В таких условиях проверяется специалист. Люди, которые останутся с нами по истечении нескольких лет, станут настоящей командой.
— А где вы подыскивали специалистов?
— Главным образом на Орловщине.
— То есть, собрав необходимые сведения о том или ином специалисте, вы просто переманиваете его к себе?
— Ну, в общем-то, да. Это рынок. И человек вправе выбирать, где ему лучше. Если я гарантирую высокий заработок, хорошие условия и работу на перспективу, то не вижу ничего предосудительного в том, что, задействовав все доступные экономические рычаги, получаю в свою команду профессионала.
— Именно этот критерий является для вас главным в выборе специалиста?
— Профессионализм очень важен, но без выполнения внутреннего корпоративного распорядка мне даже самый «золотой» профессионал не нужен. Человек должен неукоснительно соблюдать трудовую дисциплину. В противном случае разговор у нас короткий: «Получите в кассе расчет — и до свидания». Я не могу доверить технику, в которую вложен не один миллион, разгильдяю и пьянице, иначе сам по миру пойду, а мне это не нужно. Все оборудование, техника у нас импортные, работать на них должен только дисциплинированный специалист, а не человек с улицы. И те, кто сегодня трудятся у нас, относятся к имуществу бережно. И мы платим людям тем же. Я имею в виду не только достойную зарплату, но и условия труда. Во время весенне-полевых работ и на период уборочной мы организуем для своих бесплатные обеды. Для этого завели подсобное хозяйство и выращиваем свиней.
— Геннадий Васильевич, вы довольны итогами первого года?
— Доволен я буду лет через 5. Повторяю, что главное сейчас — землю в порядок привести. Вот когда она начнет давать отдачу в полную силу, тогда можно говорить об удовлетворении. Пока же идут только физические, моральные, финансовые затраты. «Цыплят» считать рановато.
— Какая урожайность была у вас в прошлом году?
— Зерновые до 30 ц/га.
— А как вы рассчитываетесь с крестьянами?
— 500 кг продовольственной пшеницы на один пай; весенняя вспашка огородов; обеспечение подсобных хозяйств работников фирмы сеном, соломой.
— Какими культурами в этом году засеяна пашня?
— Продовольственной пшеницей, пивоваренным ячменем, сахарной свеклой, рапсом, гречихой, викой.
— Вы уже определились с покупателями?
— С кем-то определились и уже заключили договоры, а что-то будем продавать тому, кто даст больше, как мы это сделали в прошлом году.
— У вас есть возможность хранить урожай?
— Конечно. Есть зерносушилка, кстати, лучшая в своем классе; оборудованы склады.
— Ваш сын работает вместе с вами?
— Нет, мой сын работает отдельно от меня. Я не сторонник семейственности в бизнесе. Хотя у моего компаньона оба сына работают вместе с нами. Я не возражаю, пожалуйста. Если им комфортно вместе, то почему бы и нет. Просто мне больше импонирует методика воспитания моего отца: сын должен добиться в жизни всего сам. Некоторое время мы работали вместе, и когда я посчитал, что обучение и практика закончились, сын способен зарабатывать сам — отправил в самостоятельное «плавание», как когда-то так же поступил мой отец.