"Существующие запасы зерна полностью обеспечивают потребности страны на ближайшие месяцы.
Сейчас запасов даже больше (почти в два раза), чем два года назад, когда озабоченность этой проблемой никто и не проявлял", — такое заявление сделал вчера президент Российского зернового союза Аркадий Злочевский, комментируя пессимистические прогнозы на грядущий урожай и якобы опустевшие "закрома Родины".
Переходящие зерновые запасы прошлого года — 20 млн тонн, на 1 июля осталось 13 млн тонн, но этого вполне достаточно. Прогнозы на следующий урожай — 65-75 млн тонн, валовой сбор несколько снизится, но по качеству зерно будет даже выше прежнего. Общая потребность страны — 72-74 млн тонн. Сейчас зерно экспортируется в очень незначительных обемах, лишь для того, чтобы не потерять выгодные контракты.
В свою очередь, Российский союз пекарей проанализировал ситуацию с обеспечением страны хлебом. Как сказал его президент Анатолий Косован, оно повсеместно устойчивое. Правда, существует большая разница между той ценой, по которой хлеб уходит с заводов, и той, по которой он появляется на прилавках. По словам Косована, торговые надбавки превышают разумные пределы. Но этой проблемой сподручнее заниматься не на федеральном, а на региональном уровнях, учитывая местные особенности. Например, решением городских властей Батайска Ростовской области хлебозавод полностью освобожден от налога на прибыль в местный бюджет, создана сеть магазинов, где малоимущие могут купить хлеб по себестоимости.
Эксперты сошлись на том, что во многих странах цены на хлеб дотируются государством, потому и остаются неизменными на протяжении многих лет. Но в нашем государстве нет ни ресурсов, ни инструмента регулирования ценовой ситуации. Так что россиянам стоит довольствоваться тем, что цена на хлеб не опережает инфляцию и растет гораздо медленнее, чем на энергоносители.
Наш человек не так прост, как кажется
— Прошлый год был для России уникальным. Такое совпадение высоких цен на внешнем рынке и низких — на внутреннем бывает редко. Общий обем экспортированного зерна — 17 млн тонн. Разговоры о том, что сельхозтоваропроизводитель ничего не получил от прошлогоднего богатства, — это политические спекуляции. После окончания интервенций на зерновом рынке я ездил по регионам. Русский человек не так прост, как кажется. В Оренбургской области, например, руководители хозяйств обединялись в пулы и приезжали на торги. Я их спрашиваю: как же вам удалось продать зерно? Оказывается, заплатили брокеру. Это и есть цивилизованный подход. Нужен механизм, устраняющий посредников между производителем и брокером, услуги которого не дороги. Существенный минус прошлого года — опоздание интервенции. Поэтому Минсельхоз разработал пакет документов, которые предусматривают проведение закупочной товарной интервенции на зерновом рынке без многочисленных согласований и бюрократических процедур.
Павел Винтовкин, руководитель департамента регулирования продовольственных рынков и качества продукции Минсельхоза России