О задачах Россельхознадзора, вызовах, стоящих перед надзорным органом, применяемых мерах по обеспечению россиян безопасным для здоровья продовольствием рассказал в программе «Мнение» телеканала «Россия 24» Сергей Данкверт, руководитель Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору России.
— Российская надзорная политика, в том числе контроля и качества за сельскохозяйственной продукцией, как правило, адекватна нашим геополитическим интересам. Расскажите о том, какие задачи стоят перед Федеральной службой по ветеринарному и фитосанитарному надзору в 2017 году и где будет сосредоточено ваше особое пристальное внимание?
— Геополитические интересы у нас ассоциируются с интересами сельского хозяйства в отношении того, чтобы можно было по нынешним временам уже продать продукцию, в том числе и за рубеж. Поэтому, когда Аркадий Владимирович Дворкович давал нам поручение, он предусматривал – меньше занимайтесь импортом, больше занимайтесь экспортом.
Исходя из поставленных задач, это одно из наших направлений, большее развитие экспорта, и это в нынешних условиях не так просто. Тем не менее достаточно широкий спектр продукции, которую можно экспортировать. Поэтому у нас есть страны, наши традиционные импортеры зерна: Турция, Египет. В настоящее время появились Филиппины, Малайзия, Бангладеш.
Стоит отметить совершенно интересные вещи, что помимо все-таки традиционных вещей мы стали экспортировать больше продукции непосредственно готовой мясной. В прошедшем 2016 году объем экспортных поставок составил около 150 тысяч тонн различной мясной продукции и около 165 тысяч тонн молочной продукции. Поэтому у Россельхознадзора появилось новое направление работы. Ранее мы обычно думали об импорте, сейчас больше думаем о том, как экспортировать.
— Чтобы экспортировать, нужно дружить — честно. Вы упомянули Египет — наш традиционный экспортер зерна. В прошлом году мы наблюдали, как, не без шероховатости, происходил экспорт нового урожая. Тем не менее удалось договориться. Сейчас вы упомянули о наших амбициях на мясном рынке. Но здесь у Египта возникли тоже вопросы к нам. Как, на ваш взгляд, эти вопросы, связанные с мясом птицы, они адресованы в первую очередь — это вопросы политического характера, политического свойства или исключительно экономического и фитосанитарного аспектов?
— Я бы сказал, что это в большей степени связано с вопросами конкуренции. Потому что традиционно, как оказалось, в этот порт поставляла продукцию одна крупнейшая украинская птицефабрика в течение ряда лет, и после этого появилась российская компания, вполне допуская, что это сегодня вопросы конкурентной борьбы. На следующей неделе туда уезжают наши специалисты для инспекции, потому что те вещи, которые мы сегодня показываем, они у нас видны в электронной системе.
В электронной системе отражается, что мы брали анализы, осуществляли мониторинг этой продукции. У нас это все можно доказать в электронной системе. Наши египетские коллеги должны показать, как они это делали. Если они в один день вечером написали все эти протоколы — это одно. Если у них можно это проверить более тщательно — это другое.
— То есть мы сейчас даже не признаем того, что в этой продукции действительно были нарушения, она не могла не соответствовать?
— Мы сейчас имеем абсолютную информацию, у нас есть контрольные образцы. Поэтому в этом отношении мы свою позицию будем отстаивать.
— Можно ли в свете последних событий ожидать каких-то скрывшихся нарушений в египетской продукции, в овощах, фруктах?
— Не рассматриваем. То есть у нас идет все паритетно.
— А в прошлый раз это помогло?
— Мы же не можем действовать всегда одинаково.
— То есть нужно рассмотреть весь спектр поставляемой продукции.
— Конечно, конечно.
— Как идут переговоры с Турцией?
— С Турцией абсолютно ситуация рабочая. Наши коллеги пока не могут определить те предприятия, которые будут поставщиками кабачков, баклажанов, тыквы. Мы просим турецкую сторону назвать эти предприятия. Мы намерены быстро посетить эти предприятия, посмотреть и тогда окончательно решить. То есть мы теоретически открыли доступ некоторым турецким производителям, а практически коллеги пока не дают нам возможность сделать рекомендации этих предприятий. Я думаю, что это связано с тем, что в Турции, так же, как и во многих других странах, действуют перекупщики. Они настолько обширно работают, что усложняют потом общую систему опознания того предприятия, которое выпустило продукцию. Что для нас как раз наиболее важно сейчас.
— Какие в связи с этим могут быть изменения?
— Мы с ними находимся в рабочем режиме, люди поедут и будут заниматься с ними. Новогодние праздники замедлили работу. После новогодних праздников будем связываться и работать в рабочем режиме.
— Открытие рынков в тех объемах, как это было до санкций, до обострения отношений, когда ожидается?
— Я не скажу по объему. Потому что, например, я по томатам не вижу сегодня возможности, исходя из того, что я уже говорил прессе на тему того, что все-таки мы хотим, чтобы поставки осуществлялись с тех предприятий, которые могут гарантировать безопасность продукции. Все-таки торговые компании, которые собирают у тысяч фермеров и потом поставляют продукцию, к ним наибольшее количество вопросов. Они усложнили все отношения.
— Теми же принципами вы руководствуетесь и при выстраивании отношений с нашими партнерами по Евразийскому экономическому союзу?
— Да, абсолютно, конечно.
Полный текст интервью читайте в «Обзоре прессы».