Всероссийский институт растениеводства имени Н.И Вавилова в Санкт-Петербурге располагает четвертой в мире по размерам коллекцией семян, генетического материала и образцов растений. Многое удалось сберечь в лихолетье 1990-х, а потом приумножить. В хранилище института содержат 325 тысяч образцов. Собирать их начал еще выдающийся советский ученый Николай Иванович Вавилов и его сотрудники в 1923 году. В СССР «вавиловской коллекцией» гордились и берегли ее. Но в «рыночные» времена выяснилось: в юридическом смысле коллекции не существует. Нет соответствующих документов. А если бесценное сокровище зарегистрировать, то придется заплатить налог. Это институту не по карману, пишет газета «Правда».
Первый человек, с которым побеседовал в институте корреспондент «Красной Линии» Аркадий Медведев, — доктор биологических наук Игорь Лоскутов, заведующий отделом генетических ресурсов овса, ржи и ячменя:
— К нам приходили юристы, сказали: «Покажите вашу коллекцию». Мы показали, а они заявили: «Это не коллекция.
Нет документов, значит, в юридическом смысле она не существует». А ведь это — бесценное достояние, триллионы долларов…
Верить в подобный абсурд разум отказывается. Взимать налог с национального достояния — все равно что облагать сборами завтрашний рассвет. Но и это еще не все. Заведующая отделом генетического материала пшеницы Ольга Митрофанова рассказывает:
— Селекционное дело постепенно перестает быть государственным и переходит в частные руки.
— Чем это грозит? Можем потерять наши традиционные отечественные сорта?
— К сожалению, можем. С частными учреждениями такие контакты, как с государственными, не установишь. Они нам свои разработки не передадут.
Для них главное — бизнес. Когда экономика страны построена на приватизации прибыли и национализации убытков, то национальное достояние неизбежно попадает под контроль частного капитала. Это аксиома.
А между тем во многих сельскохозяйственных регионах нашей страны зарубежные компании давно используют российские сорта. Селекционеры добавляют к ним такие качества, как повышенная продуктивность, устойчивость к болезням, а потом выводят на поля. Но уже под своим брендом.
Доктор биологических наук Игорь Лоскутов уверен, что частные российские селекционные центры не смогут конкурировать с зарубежными корпорациями. В качестве примера он приводит процессы, связанные с экспансией в России западных пивоваренных компаний:
— В девяностые годы эти компании разливали в России солод по бутылкам, разбавляли и продавали. Затем стали привозить дешевое зерно под видом фуражного. А когда им законодательно запретили это делать, начали возделывать зерно здесь.
Действительно, количество пивного ячменя зарубежной селекции увеличивается в России год от года. В основном это немецкие сорта.
— Пивоваренных заводов с российским капиталом у нас в стране практически не осталось, — рассказывает Игорь Лоскутов. — А западные хозяева не берут ячмень нашей селекции. Поэтому российская селекция пивного ячменя прекратилась. …
Полный текст читайте в «Обзоре прессы».