(из передачи «Сельский час» от 21.02.2026)
«Мы можем вырастить практически всё что угодно, — говорил мне лет 20 назад один из первых фермеров Брянской области. — Главное потом это самое «что угодно» суметь выгодно продать».
Но фермеру не всегда достаточно времени, чтобы заниматься продажами своей продукции на рынке. Ладно, если у тебя две машины картошки. Но если это десятки тысяч тонн? В 90-е именно посредники-перекупщики часто помогали реализовать урожай. Но бывало и немало случаев, когда перекупщики забирали две-три фуры картошки под реализацию и пропадали с ними навсегда, оставив фермеру лишь договор с нечёткой печатью. Но были и другие перекупщики, которые работали иначе. Знаю нескольких, которые сами потом стали фермерами и до сих пор работают.
Ситуация, когда одни производят, другие продают, в принципе нормальна для товарно-денежных цепочек. Так рождается разделение труда, ведущее к эффективности всего производства. Я такое видел у американских животноводов: один содержит маточное стадо и производит молодняк, другой этот молодняк покупает и откармливает до убойного веса, третий перепродаёт этих животных на мясокомбинат. У каждого свои компетенции в своём, так сказать, коридоре. Причём прибыли хватает всем. Такие цепочки, кстати, уже и у нас встречаются, что в принципе неплохо, если так задумано. Но вот что возмущает самих сельхозпроизводителей: то, что как в те же 90-е, ещё хватает людей, не отвечающих ни за что и ничем, но при этом получающих прибыль больше, чем производитель.
Вот история со зверями. Пару лет назад спрос на мех хорьков несколько упал, но в то же время возник бум на содержание самих зверьков дома — ну как кошек, например. В Интернете куча объявлений: выбираешь, звонишь, дают ферму, выбираешь зверька, забираешь его у хозяина. Но деньги отдаёшь не звероводу, а переводишь тому человеку, с которым созванивался изначально по объявлению. 9 000 за зверька, допустим. А тот уже потом переводит звероводу его долю — 4 000. То есть 5 000 оставляет себе, не касаясь зверя, не видя его в глаза, никогда не потратив ни дня, ни рубля на его выращивание и содержание. И как тут должен чувствовать себя фермер — не трудно догадаться.
В звероводстве, кстати, этой схеме теперь поставлен заслон: по закону живого зверя звероферма продать может только тому, у кого есть лицензия на разведение. Ну, вот как быть с той же картошкой? Фильтры какие-то? Посредники умудряются втиснуться даже между сетями и агроагрегаторами, чего по определению быть не должно. В другое время на них можно было бы и рукой махнуть, но сейчас, когда каждая копейка влияет на доходность, с этим надо что-то делать.
Александр Ветров, аграрный журналист
Войдите, чтобы отправить комментарий