О самых необычных способах расплатиться за покупку футболиста, которые использовали профессиональные клубы — в материале ТАСС.
Современный футбол держится на строгих правилах для трансферных сделок между командами с фиксированным временем для покупок, медицинскими обследованиями и необходимостью согласования перехода с лигой. Ну и само собой, клубы договариваются о сумме трансфера и способах перевода денег. В наше время, когда владельцы команд внимательно следят за имиджем своих активов, найти что-то экстраординарное в трансферах невозможно. Но когда-то проблемы с деньгами вынуждали клубы расплачиваться за футболистов икрой, комбайнами, пивом и футбольными мячами. Для того, чтобы выжить, приходилось включать смекалку, и ТАСС нашел 17 историй об удивительных трансферах, в которых валютой стала самая неожиданная вещь.
Футбольная экипировка и мячи
Начнем с самого обычного из необычного. Игровые майки, мячи и прочий спортивный инвентарь очень высоко котируются у клубов, которые испытывают серьезные финансовые проблемы, а в странах постсоветского пространства данная «валюта» стала особенно актуальной после распада СССР. Так в 1992 году защитник Сергей Бодак переходил из самарских «Крыльев Советов» во владикавказский «Спартак». Денег у клуба из Северной Осетии не хватало, и часть компенсации за игрока закрыли комплектом бордовой футбольной формы на всю команду. Самарцы не использовали ее в официальных играх, ведь майки не подходили по клубным цветам, но для тренировок сгодились. А Бодак провел во владикавказской команде один сезон, сыграв 7 матчей в чемпионате, после чего продолжил карьеру в «Коломне» из низших дивизионов. Сделка по его трансферу вошла в анналы отечественного футбола как один из первых задокументированных бартерных трансферов постсоветской эпохи.
Интересные истории с оплатой трансфера в качестве спортивного инвентаря приключались и с суперзвездами, самым ярким примером стал аргентинец Анхель ди Мария. Игрок, который блистал в испанском «Реале» и французском «Пари Сен-Жермен», а суммарные выплаты за него превысили €180 млн, начинал путь в аргентинском клубе «Торито» из пригорода Росарио. Когда талантливого мальчика заметили скауты «Росарио Сентраля», большой клуб был готов забрать его бесплатно — формальной компенсации за ребенка не полагалось. Однако «Торито» не захотел отдавать игрока просто так и поторговался, в итоге получив 35 мячей за будущую звезду сборной Аргентины.
Как ни странно, в зарубежном футболе можно найти много других историй, когда будущие звезды переходили по бартеру. Клубы будто в них не верили, поэтому не хотели покупать за деньги. Впрочем, другой причиной могли быть скромные запросы с другой стороны. Так, Джон Барнс, один из самых ярких английских футболистов 1980-х, начинал в любительском «Сэдбери Корт», а переход в «Уотфорд» обошелся «шмелям» в один комплект формы. Гари Паллистер, будущий защитник «Манчестер Юнайтед», в начале 1980-х перешел из «Биллингем Таун» в «Мидлсбро» за командный комплект обмундирования, несколько мячей и сетку для ворот. Зет Найт в 1999 году достался «Фулхэму» из клуба седьмого дивизиона «Рашалл Олимпик» в обмен на 30 тренировочных костюмов. А Кике Сетьен, через четыре десятилетия возглавивший испанскую «Барселону», в середине 1970-х перешел из любительского клуба «Перинес» в «Расинг» за 40 пар бутс каталонского бренда Munich; тренер «Расинга» Нандо Йосу был представителем фирмы и расплатился товаром.
Как вы могли заметить, профессиональные клубы зачастую находили талантов в любительских командах и предлагали в качестве компенсации вместо денег инвентарь. В этом была логика, ведь любителям часто не хватает экипировки и мячей для тренировок, и проще сразу их получить, чем самостоятельно устраивать закупку. Но иногда подобные сделки проходили и между схожими по статусу клубами, например, в 2013 году «Универсидад де Коста-Рика» обменял костариканца Роджера Фальяса из «Пумас» на 50 футбольных мячей. А следующие примеры показывают, что сделки с необычной валютой случались и на самом высоком уровне.
Автопром и сельхозтехника
Вернемся в Россию 1990-х годов. Тот период является настоящем кладезем необычных историй с трансферами. В 1993 году клуб «Камаз» из Набережных Челнов согласовал трансфер защитника киевского «Динамо» Ахрика Цвейбы и заплатил четыре грузовика. У автозаводского клуба был прямой доступ к продукции собственного предприятия, и киевляне приняли технику как полноценную компенсацию за бывшего защитника сборной СНГ.
Самая известная бартерная серия в российском футболе связана с волгоградским «Ротором» и ростовским «Ростсельмашем» (ныне «Ростовом»). В 1995 году защитник Сергей Нечай переехал из Волгограда в Ростов-на-Дону, и часть трансферной суммы закрыли сельскохозяйственным комбайном. У «Ростсельмаша» были производственные мощности, а у президента «Ротора» Владимира Горюнова свое сельхозпредприятие, так что техника нашла применение. Спустя шесть лет история повторилась: полузащитник Михаил Осинов перешел из «Ротора» в «Ростсельмаш», и на этот раз Волгоград получил сразу три комбайна. Как вы могли заметить, те две сделки были не совпадением, а продуманной схемой: Горюнов постепенно обновлял парк техники на своих полях, и трансферный бартер просто удачно наложился на бизнес-план. Сам Осинов позже объяснял: для президента «Ротора» разницы не было, он купил бы комбайны в любом случае, а так одним выстрелом убили двух зайцев.
Еще одной сделкой с участием «Ротора» стала продажа Дмитрия Пармузина в тольяттинскую «Ладу», которая принадлежала «АвтоВАЗу». Клуб расплатился автомобилями «Жигули», несколько новых машин отправились в Волгоград в качестве трансферной компенсации. На сей раз причина крылась не в Горюнове, просто тольяттинскому клубу таким образом было легче рассчитаться, ведь автозавод мог выделить продукцию напрямую со склада.
Еда и напитки
От тяжелой промышленности перейдем к пищевой. Здесь также проскакивают примеры с взаимодействием профессиональных клубов и любительских команд, причем некоторым из них уже более ста лет. В 1921 году 19-летний Эрни Бленкинсоп переходил из любительского «Кадворт Виллидж» в английский «Халл Сити». Клуб не хотел отпускать своего защитника и упорно сопротивлялся сделке. Препятствие удалось преодолеть, лишь добавив к 100 фунтам стерлингов бочонок пива — руководство «Кадворта» сочло такую комбинацию достойной. Бленкинсоп провел в «Халле» два сезона, после чего перешел в «Шеффилд Уэнсдей», где отыграл 11 лет и стал капитаном сборной Англии.
В России, разумеется, едой расплачивался «Ротор» (все-таки волгоградцы умели вести переговоры). В 1991 году полузащитник Игорь Ледяхов переехал в клуб из днепропетровского «Днепра». Как мы уже вспоминали, в условиях распада финансовой системы и тотального дефицита клубы искали любые формы расчета, и по словам самого Ледяхова в интервью «Матч ТВ», из Волгограда в Днепропетровск привезли мешок черной икры, дорогущий, между прочим, деликатес, который в начале 1990-х ценился выше денег. Ледяхов отыграл за «Ротор» один сезон, после чего перешел в московский «Спартак», с которым трижды выиграл чемпионат России.
Куда менее скромно оценивали способности нападающего Джулиано Грациоли, который в конце 1990-х отправился из «Питерборо» в аренду в «Стивенэйдж». Тренер «Стивенэйджа» Пол Фэйрклоу позже описал условия сделки, и они звучали почти как обед из супермаркета: три пачки чипсов и батончик Mars. Аренда продлилась недолго, но запомнилась многим благодаря самой курьезной трансферной компенсации в английском футболе.
Особые случаи
Ну и завершим наш перечень примерами, которые можно назвать единственными в своем роде, они абсолютно уникальны. Еще одной «звездой по бартеру» стал Иан Райт: будущая легенда английского «Арсенала» в 1985 году перешла из любительского «Гринвич Боро» в «Кристал Пэлас» за набор гирь для весов. Райт приходил на трехмесячный тестовый контракт, и бывший клуб получил то, что посчитал справедливой платой. Через шесть лет «Арсенал» заплатил за Райта £2,5 млн — это рекордная сумма для «пушкарей» на тот момент.
Еще одной крайне удачной сделкой стало приобретение чилийским «Аудакс Итальяно» нападающего Франко ди Санто у аргентинского «Годой Круса» за две сетки для футбольных ворот и 40 литров белой краски для разметки поля на стадионе. Футболист за три сезона наколотил несколько десятков мячей, после чего перешел в английский «Челси» за £3,4 млн, правда, дальше его карьера пошла на спад.
В Англии когда-то играл и Коллинс Джон, который в юном возрасте перешел из нидерландского клуба «Нейвердал» в «Твенте» за набор книг научной тематики. Книги пополнили библиотеку академии команды, так клуб решил вложиться в образование своих воспитанников. Позже «Фулхэм» заплатил за Джона £600 тыс., немаленькую сумму.
Идеальным завершением должна была стать история из Румынии. В 2006 году один из старейших местных клубов «Жиул» захотел купить молодого вратаря «Минерула» Кристиана Бэлгрэдяна и предложил €160 тыс. Но почетный президент «Минерула» Корнел Ресмерица выступил в прессе с необычным условием: газифицируйте город Лупень (шахтерский поселок, где базируется «Минерул»), и будет вам трансфер. Даже те местные жители, которые не интересовались футболом, мечтали о переходе, однако сделка сорвалась: Бэлгрэдян остался в «Минеруле» на следующий сезон, а затем построил классную карьеру в топовых румынских клубах. «Жиул» явно пожалел о своем решении, а Лупень свой газ таки получил, но только в 2015 году. А данный эпизод навсегда остался в истории как самый необычный несостоявшийся бартер в футболе.
Войдите, чтобы отправить комментарий