Утонем в зерне

Росстат не видит катастрофы. 28 августа Ростовская область утонула в зерне и ввела режим ЧС. Через месяц, 23 сентября, это сделал Краснодарский край. Причина одна – некуда девать урожай из-за блокировки портов в ходе СВО. Ставрополь затребовал закупочной интервенции, пока без объявления чрезвычайной ситуации.

А разве только на юге проблемы со сбытом урожая по причине закрытия портов? Режим ЧС к концу года придется вводить по всей европейской части России, поскольку «спасения» аграриям от масличных не будет. Сначала «утонем» в зерне, потом в масле.

Ситуацию без преувеличения можно назвать катастрофой, но Росстат по своей отчетности эту катастрофу не видит: Остатки зерна в Южном Федеральном округе в августе выросли на 31% к прошлому году. И это логично, поскольку урожай зерна на юге превысил прошлогодний на 8,1 миллиона тонн, в том числе по Краснодарскому краю – 1,8, в Ростовской области – плюс 5,3 миллиона тонн. Рост запасов – это хороший урожай. Проблем с рынком не видно. В августе отгрузки зерна в ЮФО почти такие же, как и год назад. То есть для паники нет оснований. При этом Ростовская область отгрузила больше из-за высокого урожая. К тому же с начала года отгрузки зерна превышают прошлогодние показатели. В итоге в Южном федеральном округе рынок никуда не делся. Оснований для введения ЧС по Росстату нет.

В августе цены реализации от Росстата остались высокими – значительно выше рыночных цен, которые стремительно падали с середины августа в связи с закрытием портов. Сейчас рынок глубоко внизу, а цены Росстата не падают. Проблема в том, что этого падения наши чиновники еще не видят, а значит, не понимают всю сложность ситуации. Разница в ценах Росстата и рынка обесценивает урожай на триллион рублей.

Росстат смотрит назад, и его отчетность такова, что никаких острых или хронических болезней зерновой отрасли он наперед не видит. Обозначенные государством меры поддержки аграриев не соответствуют реалиям: закупочные интервенции на 3 миллиона тонн могут дать денег только 2% от стоимости урожая зерна. Это – не мера спасения!

Другие меры поддержки (предлагают новые кредиты, мораторий на банкротство, кредитные каникулы и прочие отсрочки) – все, что угодно, кроме получения денег за вырученный урожай зерна, – обесценивают труд хлебороба и загоняют их в долги.

Рыночные цены много ниже себестоимости – путь к долговому кризису, после которого и кадры разбегутся, и выращивать зерно будет некому.

А далее последует продовольственный кризис.