Чем могло бы гордиться сельское хозяйство Прикамья? Урожаями картофеля, надоями молока, производством яиц или дикоросами? Да, всё это у нас есть. Но почти на том же уровне, что и в других регионах. А вот орловскими рысаками мы могли бы похвастаться. Чистокровная порода этих уникальных лошадей осталась только в Прикамье. Но надолго ли? Вполне вероятно, мы можем её легко потерять, пишут «Аргументы и Факты».
Два года назад в Перми позволили уничтожить ипподром. Люди, которые отстаивали его, организовывали пикеты, писали во все инстанции. Их позиция была настолько эмоционально убедительной, что на какое-то время чиновники готовы были уже отступить. Депутаты Заксобрания проголосовали против изменения зонирования участка, которое бы позволяло застроить территорию спортивного заведения жилыми домами и торговыми центрами. Жителей города заверили, что ипподром останется на своём месте. А когда общественное мнение успокоилось, кто-то дал отмашку, и всё понеслось в противоположном направлении.
«Что такое снос ипподрома? Это уничтожение спортивно-культурного объекта, на котором действовали 13 тренажёрных отделений, две детские спортивные школы, два кружка иппотерапии, в которые ходили дети, страдающие церебральным параличом, — рассказывает Сергей Левитан, один из совладельцев лошадиного табуна. — Участок под ипподромом в 34 га выкупили за 2,4 млн руб. Это стоимость однокомнатной квартиры. Продали же его за 128 млн долларов. Это суперприбыль. Против неё не смогли устоять многие известные в Перми люди, которые приложили руку к уничтожению ряда промышленных предприятий в крае».
Пермские конезаводчики остались без ипподрома. Для них это стало потерей существенного звена всего производственного процесса. Ведь после определённой селекционной работы на заводе появляется молодняк. Когда он подрастает, его отправляют на ипподром, где жеребят выгуливают и тренируют. И только тогда, когда они показывают себя в скачках, можно выставлять их на продажу. А лучших возвращают на завод для селекции. По сути, без ипподрома рынок сбыта лошадей невозможен.
«2015 г. мы как-то прожили ещё по инерции. В 2016-м не продали ни одной лошади, — говорит Левитан. — А содержание всего табуна нам обходится в 20 млн руб. в год. Если поначалу мы вкладывали в развитие коневодства свои деньги, то теперь они просто закончились. Есть, правда, небольшая региональная поддержка. Но это не больше 10% в год. Эти деньги для нас не делают погоды».
О судьбе коневодства в Пермском крае заводчики лошадей сняли фильм «Прощание с небесным конём». Он быстро разошёлся по Сети. Посмотрели его и жители бывших южных республик, где традиционно занимаются верховой ездой. Там были удивлены, что императорская порода рысистых орловских рысаков, о которых они даже не смели мечтать, есть на Урале и находится в таком плачевном состоянии. Написали пермским заводчикам письмо с предложением разместить часть табуна на своей территории. Недавно Сергей Левитан вернулся из командировки из тёплых краёв. Побывал он в Ставропольском крае, Карачаево-Черкесии, Северной Осетии и Кабардино-Балкарии. Везде его встречали как дорогого гостя. При упоминании о знаменитой орловской породе разве что не вставали. Условия размещения элитного табуна предлагали прекрасные. И сейчас конезаводчик готовится перевезти часть лошадей в южные республики страны. Другого способа выживания в пермских условиях он не видит. …
Полный текст читайте в «Обзоре прессы».
Войдите, чтобы отправить комментарий