Дизельное топливо обогнало в цене высокооктановые марки бензина. Не вызовет ли дороговизна горючего лавинообразный рост цен на сельхозпродукты? Вообще сам факт сближения цены солярки и бензина 95-98 фракций парадоксален, ведь себестоимость дизтоплива гораздо меньше, чем у элитного Аи-98. Тем не менее, горючее для неприхотливых тяжеловозов продолжает дорожать, отмечает «gorod4e.ru».
Только в период с 19 по 25 мая нынешнего года цена дизтоплива в России увеличилась на 0,9%, в то время как бензин «подрос» только на 0,7%. Сегодня в Челябинске дизтопливо стоит уже 23,6-24,4 руб/л, а АИ-98 — 24-26 рублей.
Ларчик открывается просто: рост цен на дизельное топливо совпал с началом посевной компании. Сельскохозяйственные машины работают совсем не на дорогом авиакеросине, но «кормить» их крестьянам все равно приходится на условиях производителей и поставщиков горючего.
«Ситуация вполне предсказуемая, — говорит эксперт-оценщик ООО «Техноком Инвест» Сергей Рожков. — Весной резко возрастает потребность именно в низкооктановом топливе, и нефтеперерабатывающие компании спешат возместить потери прошлого года. Тем более, что торговать на внутреннем, российском рынке нефтепереработчикам по-прежнему невыгодно: правительство так и не снизило соответствующие акцизные сборы. Но я не склонен связывать последние скачки цен на горючее с колебаниями стоимости нефти. Да, в мировом масштабе удешевление барреля на 20-30 центов — заметное событие. Но ведь мы говорим не о сырой нефти, а о конечном продукте — дизтопливе или бензине. Мировые колебания в 1-2% вряд ли имеют тут решающее значение», — заметил С. Рожков.
Многолетняя практика показывает, что вслед за всплеском цен спад не наступает никогда. Скорее всего, нам придется привыкать к нынешней цене и морально готовиться к следующему прыжку. Даже сегодняшние 24 руб/л солярки обязательно будут заложены в осенней цене на сельскохозяйственные продукты. Осенней, потому что до 1 сентября в Челябинской области действует соглашение между правительством региона и сельхозпроизводителями о «заморозке» цен на основные продукты.
Попробуем разобраться, так ли ощутим для кошелька потребителя окажется «дизельный» привкус будущего урожая. Поддержка сельхозпроизводителей Челябинской области осуществляется за счет средств областного продовольственного фонда. В 2008 году он, кстати, заметно вырос по сравнению с прошлым: более 600 млн рублей против прошлогодних 400 млн. На эти средства продовольственная корпорация централизованно закупает горюче-смазочные материалы, гербициды, семена и многое другое. Затем эта продукции передается крестьянам на условиях товарных кредитов: осенью сельхозпроизводители должны будут расплатиться «натурпродуктом».
Объем предназначенных для закупки ГСМ средств из областного бюджета также на первый взгляд велик: 264 млн, большей частью предназначенных именно для закупки солярки. Правда, радость от солидности этой цифры тут же портит горький факт: если накануне посевной-2007 Продкорпорация закупала дизтопливо по 14000 руб/т, то нынешней весной большинство нефтепереработчиков задрали цену почти в 2 раза.
«К счастью, нам удалось наладить контакт с компанией «РегионПромСнаб», поставляющей горючее из Госрезерва, — говорит генеральный директор продкорпорации Владимир Листишенков. — В итоге большая часть дизтоплива была приобретена по сравнительно щадящей цене — «всего» 22,500 руб/т. К началу посевной было заключено более 200 договоров с сельхозпроизводителями. Из закупленных на год 16 тыс. т дизтоплива в период посевной крестьянам предоставлена половина. Остальное прибережем до уборки урожая».
По мнению В. Листишенкова, «дизельная» составляющая не скажется на цене сентябрьского хлеба совсем уж кардинальным образом. На первый взгляд, логично: сельхозпредприятия закладывают потраченные на топливо средства в стоимость зерна, которая составляет лишь 25-30% от цены готового хлеба, причем власти делают все возможное, чтобы удерживать зерно на низком уровне.
Мало того, в июне-июле колхозы избавляются от оставшегося после посевной зерна. Крупные зерноперерабатывающие компании при этом всегда снижают цены. Если в марте 1 т продовольственной пшеницы 3 класса стоила 9 тыс. рублей, то уже сегодня, к концу посева — на 1 тыс. меньше. В итоге, рассуждают чиновники, «дизельные копейки» в цене хлеба просто потеряются.
Казалось бы, все логично. Но реальная весенняя потребность сельского хозяйства Челябинской области в солярке в разы выше тех цифр, которыми оперирует продовольственная корпорация.
Во-первых, из примерно 350 сельхозпредприятий Челябинской области договор с продкорпорацией заключили лишь 200 компаний. Во-вторых, даже у клиентов корпорации рентабельность редко превышает 10%, а в счет товарного кредита продкорпорация берет у них лишь 5-10% продукции. Остальное крестьяне закупают сами у частных поставщиков топлива по более высоким ценам.
Например, отпускная цена мелкооптовой партии солярки в «Лукойле» — 26000/т, а за сезон компания сбывает сельскому хозяйству до 20 тыс. т дизтоплива. К тому же за лето на стоимость взятой под будущий урожай «горючки» набегут проценты.
Так что оптимистичные прогнозы минсельхоза оправданы лишь в случае аграриев, полностью обеспечивающих свои потребности за счет сотрудничества с продкорпорацией.
К тому же дизельная доля заметно снижается только в цене готовых хлебобулочных изделий. А крупы и мука? В них доля себестоимости исходного продукта — пшеницы и других зерновых — заметно выше указанных чиновниками 25-30%. Если учесть, что пока не просматривается серьезных предпосылок к снижению или хотя бы стабилизации цен на ГСМ, то осенью мы можем получить заметный рост цен на сельхозпродукцию.
Есть и другая опасность. Рост цен на ГСМ при искусственном сдерживании рыночной стоимости сельхозпродукции может окончательно задавить южноуральских аграриев. Птице- и скотоводческие хозяйства еще могут продержаться: их продукция не так жестко привязана к сезону.
«Вопрос поддержки сельского хозяйства, как и вопрос цены дизтоплива, надо адресовать в инстанции повыше областного правительства, — считает С. Рожков. — Резко поднять крестьянство в России не получится: у нас слишком большой и голодный народ. Более того, развитие крестьянства невыгодно мировому рынку: ведь мы можем, как в начале ХХ века, быстро стать одним из крупнейших мировых поставщиков зерна и, в результате, завалить полмира натуральной продукцией. А это уже вмешательство в интересы других экспортеров зерна и хлеба, производителей ГМ-продуктов, словом, — большая политика».