Мужчина в юбке. Нонсенс? Совсем нет. Тартан, саронг, килт, лонжи, фустанелла – это только малая толика разновидностей мужских юбок. В прошлом этот предмет одежды ни у кого не вызывал праведного гнева и являлся, по сути, частью мужского гардероба. Кстати, тюркское слово «брюки» и обозначает «сдвоенная юбка». Следовательно, юбка — первична, брюки — вторичны. И тот, и другой вид одежды был и в мужском облачении, и в женском.
В сегодняшних реалиях мужская юбка такая же редкость, как, к примеру, камзол или сапоги со шпорами. Что же касается шотландцев, то им мужчина в килте смешным никогда не казался.
В юбке удобно передвигаться по горам, да и на лошади ездить тоже удобно, — утверждали шотландцы в старину, и сейчас продолжают настаивать на том же. Вряд ли можно убедительно ответить на вопрос, почему шотландцы стали носить килт. А почему русские носят валенки или евреи — кипу? Носят и носят, причем издавна. В селении Нигг хранится камень VII века нашей эры, на котором изображен человек в килте…
Мало кто догадывается, что килт — это не просто удобная для кого-то мужская юбка, это еще и знак отличия. Мужчина, разгуливающий в клетчатой юбке, разгуливает во флаге. И человеку, знакомому с символикой шотландских кланов, не трудно определить какому клану этот флаг принадлежит — Макдоналдов или Макферсонов, Маклинов или Маклугаллов, Макгрегоров или Макинтошей.
Шотландский клан — это несколько семейств, связанных между собой родством. В клан издревле входили семья главы клана, семьи его сыновей и вся подчиненная главе клана родня.
Где тут Петя, где Сережа?
Принадлежность к какому-либо клану определяется приставкой «Мак». Например, Мак-доналд, Мак-грегор, Мак-интош. «Мак» в переводе с гэльского (так называется язык шотландцев) означает «сын». То есть, Макмиллан — «сын Миллана». Все очень просто и серьезно.
У родственных шотландцам ирландцев принадлежность к клану обозначалась двумя приставками «О» и «Мак». «О» значит «из» клана, «Мак» — «сын». Самый известный клан в Ирландии — О’Брайан. Брайан, основатель клана, прославился тем, что объединил Ирландию.
Шотландцы передавали власть только от сына к сыну, и никого не могли принять в клан без родства, как в Ирландии. Вот почему у шотландцев существует только приставка «Мак». В Шотландии пишут сокращенно «Мс», а в Ирландии — полностью «Маc». Так что McDonald — это шотландец, a MacDonall — ирландец.
Когда норманны вторглись в Шотландию, они создали свои феодальные кланы. Но принадлежность к этим кланам обозначалась уже не приставкой «Мак», а приставкой «Фиц». Дело в том, что норманны просто взяли и перевели слово «Мак» на свой язык. «Фиц» по-нормански значит «из». Самый известный норманнский клан — клан Фиц-джеральдов. Однако норманны юбки не носили, поэтому не будем о них больше вспоминать.
Главе клана принадлежала земля, на которой он поселился или, как пишут в древних хрониках, «был первым, кто зажег на этой земле огонь и вскипятил воду». Понятно, что таких «первых» в Шотландии немало. Все члены клана обязаны были соблюдать законы, нарушение которых каралось самым страшным наказанием — изгнанием из клана. Изгнаннику не оставалось ничего, кроме как покинуть страну, потому что правами обладали лишь члены клана. И он не имел права носить клетчатую юбку. Но о юбках чуть позже. Пока поговорим о других атрибутах — гербах и девизах.
Товарищ с боевым топором и другие.
Каждый клан имел свои знаки отличия. Прежде всего, у клана был герб, в котором обычно присутствовало какое-то животное. Первыми кланами на шотландской земле были кланы Кабана и Кота. Эти животные присутствовали на гербах. У каждого клана был свой девиз. У некоторых девиз совпадал с боевым кличем, с которым бросались на врага. Известны героические девизы типа «Победа или смерть!» (клан Маклугаллов); оскорбительные — «Вот вам кусок мяса, собачьи дети!» (клан Кэмеронов); решительные — «Сейчас или никогда!» (клан Макмилланов). Но иногда попадаются загадочные девизы, например: «Еще один для Гектора» (клан Маклинов). Историки шотландских кланов выяснили, что первый Маклин, живший в XIII веке, имел титул «Товарищ с боевым топором». Этот титул и изображение топора были на его гербе. Спустя два столетия один из потомков Маклина по имени Гектор пал в битве, сражаясь за своего короля. Поэтому в фамильном гербе добавился еще один топор, а девизом клана стало: «Еще один для Гектора».
Сам себе знаменосец или флаг на бедрах.
Мужчины, члены клана, носили килты из шерстяной ткани — тартана. Тартан имел клетчатую расцветку из 2-3 цветов. Сочетание цветов отличало флаг одного клана от другого. Еще одним важным отличием, помимо цвета, было то, как нанесена клетка. Два клана могли отличаться лишь тем, что у одного клетка была обрамлена золотой нитью, а у другого этой нити не было или вместо золотой была, например, серебряная.
Эта, с позволения сказать, мужская юбка делается из 8-метрового куска чисто шерстяной ткани. На изготовление одного килта уходит 15 часов ручной работы, и весит готовое изделие около двух с половиной килограммов. Надевать килт не так сложно, как индийское сари, но у новичка это все-таки займет некоторое время.
До начала XVII века тартан носился как накидка через левое плечо, заботливо задрапированная и подобранная на уровне талии поясом, богато украшенным кистями. Нижняя часть накидки образовывала что-то похожее на юбку, а верхняя часть закреплялась на плече декоративной булавкой и свободно спадала вниз по спине. В такой одежде было неудобно работать, и директор одной из плавильных мастерских предложил своим рабочим отрезать часть традиционной длинной накидки. Так и одежда лучше сохранялась, и работать было легче.
В XVII веке Тайный государственный совет при английском короле Якове I принял закон: «Необходимо сделать так, чтобы английский язык получил все большее распространение, а гэльский, этот источник варварства среди населения горной местности Шотландии, был полностью изжит и уничтожен». Вскоре в Шотландии вместе с языком запретили кланы и ношение килта.
Жители равнинных земель Шотландии (Lowlands) переняли английскую культуру. Говорить они стали на английском, хотя и с отчетливым шотландским акцентом, и привыкли к брюкам. А вот горцы, жители гористых земель (Highlands), несмотря на все запреты сохранили этот обычай — ношения килта. И не ошиблись.
Прошло всего лишь сто лет, и килт стал модной одеждой в Шотландии и Ирландии. А еще через сто лет, в начале XX века, не существовало в мире более модной расцветки, чем «шотландка».
В 1816 г. в Лондоне было создано Общество по изучению тартанов шотландских горцев. Деятели из Общества выявили не только реальные тартаны, но и придумали множество никогда не существовавших. Носить килты и прочую одежду из тартана стало модно, но ходить в чужом флаге никто не хотел. Так что сегодня лишь 55 тартанов настоящие.
Самые известные придуманные тартаны следующие:
Royal Stuart — этот тартан мог носить любой гордый шотландец, так сказать, для подпитки национальной, самосознания.
Hunting Stuart — тартан для охоты. Сейчас из подобной ткани шьют дорогие охотничьи жакеты и брюки.
Balmoral — «высокопоставленный» тартан. Его могли носить только потомки королевских фамилий.
Black Watch — военный тартан. Его носили полки, которые набирались из шотландских горцев.
Рассказывают такую правдивую историю. Когда проходил смотр войск, разодетых в килты расцветки Black Watch, королева Виктория поинтересовалась у гренадера-шотландца: «Правда ли, что под килтом у вас ничего нет?». Шотландец ответил: «Уверяю вас, Ваше Величество все там есть».
Под килтом и в старину, и сейчас не принято носить трусы. Зато впереди у мужчины обязательно висит сумка спорран. Сумка имеет еще одно назначение помимо основного: она не дает килту развеваться на ветру. Ну не руками же юбку придерживать, как женщины. Согласитесь, не по-мужски это как-то.
В VI-VII веках на территории Шотландии существовало королевство Даориада. А словом «Scots» вплоть до XII века называли Ирландию. Королевство было подчинено Ирландии и платило ей дань. Но когда в VIII веке в Даориаду вторглись викинги, королевство стало независимым и начало развиваться отдельно.
Несмотря на общие корни, в Ирландии никогда не носили килт. Типичная одежда ирландца — льняная рубаха, поверх которой надета шерстяная туника без рукавов. Никаких юбок у ирландцев не было.
Но в XIX веке в Ирландии почему-то решили, что килт — это часть древней общекельтской культуры. Вся ирландская интеллигенция стала вдруг носить юбки. И не только желая следовать моде. Дело в том, что килт указывал еще и на знатность его обладателя, причем степень знатности подчеркивала расцветка. Пурпурный и голубой килты могли носить только короли и потомки королей. Простые же люди, крестьяне и рабочие, продолжали ходить в штанах и частенько подсмеивались над своими богатыми начальниками в юбках.
В 1942 г. некто Макклинток доказал, что килт — это исконно шотландское изобретение и в Ирландии его никогда не было. А после получения Ирландией независимости к килту там и вовсе поостыли.
Сейчас килт используют в Ирландии только профессиональные танцоры. Выглядит это довольно нелепо: танцор одет в современный пиджак, рубашку — и килт.
В конце января шотландцы празднуют день рождения своего национального поэта Роберта Бернса. На праздничный ужин подается сложное блюдо «хаггис» — из смеси рубленой бараньей печени, сердца и легких, овсяной муки и жареного лука, которую набивают в бараньи кишки, а потом варят. Перед поваром, который торжественно вносит это блюдо и ставит на стол, идет волынщик. Одет он в шотландский национальный костюм — килт и плед: длинный кусок толстой шерстяной материи, перекинутый через плечо. Волынщику преподносят виски в серебряном «квейхе» — особом шотландском кубке. После поедания хаггиса все продолжают пить виски, читают стихи Бернса, например, «Оду хаггису», и поют балладу «Старое доброе время». В ней есть и такие слова: «Флаг на бедрах, и о гербе своем мы помним. За головами южных королей идем вперед, быстрей, быстрей». «Флаг на бедрах» — это, как вы уже догадались, клановый килт, а южные короли — конечно, всякие там английские Генрихи, Яковы и Эдуарды.
Перейдем на личности.
Пол Маккартни имеет ирландские корни. Дело в том, что в XIX веке масса ирландцев переселилась в Шотландию. Одним из самых больших городов, созданных переселенцами, стал Ливерпуль. И ирландская фамилия Mac Carti превратилась в McCartni. И Джон Леннон тоже ирландец. В переводе с ирландского «леаннан» означает «любимец». Другие знаменитые ирландцы — Кеннеди и Рейган, потомки членов кланов О’Кеннеди и О’Рейган. Но ни Пол Маккартни, ни Кеннеди, ни Рейган килт никогда не надевали.
То, что килт — это очень мужественная одежда, доказали такие секс-символы, как Шон Коннери, Мел Гибсон и Сэмюэл Л. Джексон. Гибсон носил килт в фильме «Храброе сердце», где очень наглядно продемонстрировал, что настоящие шотландцы не носят под килтом ничего лишнего. Шон Коннери — гордый шотландец, поэтому он гордо носит килт. По самой известной своей кинороли он — британский суперагент Джеймс Бонд, а в жизни — лидер Шотландской Национальной партии, которая выступает за отделение Шотландии от Англии. Именно в этой одежде он получал свое рыцарское звание и частенько появляется на торжественных мероприятиях.
Все дело в погоде?
Килт не единственная разновидность мужской юбки и национальная одежда. На Бали и Яве мужчины носят саронг — длинную юбку из куска цветной ткани, обернутого несколько раз вокруг бедер. А на Амазонке живут индейцы ягуа и ямомами, которые носят юбки из тростника. Собственно, Амазонку конквистадоры назвали Амазонкой, когда обознались и приняли воинов в юбках за женщин.
Бирманские мужчины предпочитают ходить в юбках-лонджах. Как правило, это лёгкая хлопковая вещь фасона «макси» до пят, сшитая так широко, что в нормальном состоянии в нее уместилось бы штук шесть бирманцев. Узел, которым поддерживается мужская юбка, располагается спереди. Сам способ его завязывания для непосвященных — чудо. Ловким движением мьянманец затягивает верхний край юбки в подобие узла (концы его при этом не завязываются), и юбка прекрасно держится! Можно не раз увидеть, как за пояс такой шаткой конструкции бирманцы кладут мобильные телефоны и бумажники. Мужчин в брюках в столице — не больше 20%, по всей стране еще меньше. Многие западные туристы, уставшие от благ цивилизации, тоже переодеваются в лонджи, вызывая своим видом искреннее сочувствие бирманцев.
«Юбка делает мужчину»
В начале XIX века мода открыла шотландской юбке зеленую улицу. Ее носили и в Англии, и на континенте, правда, в основном в одежде для отдыха и далеко не все. В итоге шотландский модельер Эдвард Дункан начал борьбу за то, чтобы мужчины во всем мире носили шотландские юбочки. «Оставим брюки женщинам, — заявил Дункан. — Юбку придумали мужчины, и юбка в любом отношении лучше».
Врачи из Парижского института красоты высказались на сей счет еще определеннее: «С медицинской точки зрения летняя одежда должна оставлять как можно больше открытого тела для доступа воздуха. Мини-юбка в этом отношении — незаменимый предмет одежды для лиц любого пола». На призывы шотландцев наконец отозвалась и «высокая мода». Во Франции это был Жан-Поль Готье, в ФРГ — Фридрих фон Асс, в США — Джулия Мортон. Газета «Нью-Йорк таймс» писала: «1984 год останется в памяти будущих поколений как год, когда мужчины в первый раз сменили брюки на юбки».
Швейцарский дизайнер мужских юбок Sandra Kuratle признает, что мужчина должен быть очень уверен в себе, чтобы надеть юбку и носить ее каждый день. Поэтому главный лозунг её коллекции звучит коварно: «Юбка делает мужчину». Модельер подчеркивает, что она не терпит узоров из женской моды, как раз наоборот, старается придавать мужской юбке свойства мужской одежды. Sandra Kuratle отдает себе отчет, что мужчины никогда не примут женский стиль в своей моде. Мужская юбка ни в коем случае не должна напоминать женскую, но, прежде всего, она призвана обеспечивать комфорт и свободу.
Мужчинам, как выяснилось, надоело расхаживать в брюках, этой отнюдь не самой удобной одежде. Юбки свободнее и гигиеничнее, они лучше спасают от жары и от холода, они практичнее и сексуальнее, и, в конце концов, они помогают отдохнуть от официально навязанной мужественности, надоевшей с детского сада. Сейчас мужские юбки уже перестали быть просто опытами экстравагантных модельеров вроде Готье и Мияке. Нельзя еще пока утверждать, что они станут повседневностью, но похоже на то, что мужчины добьются права носить юбки без боязни быть обвиненными в женственности. Унисекс, проповедуемый Кельвином Кляйном, не должен быть односторонним. Поэтому мужская юбка не просто прихоть, а серьезный переворот в сознании, не менее серьезный, чем женские брюки. Хорошо это или плохо — не знает никто. Очевидно лишь то, что это закономерно и справедливо.
Войдите, чтобы отправить комментарий