Туристический бренд Иркутской области и Бурятии, уникальный обитатель самого глубокого пресноводного озера планеты и отечественная гастрономическая экзотика – байкальский омуль – находится на грани исчезновения. Спасти его может только запрет на вылов. К такому выводу пришло Росрыболовство, сообщает «Russia Today».
Вопрос лишь в том, станет эта запретительная мера полной или частичной. Так, к примеру, Иркутская область готова к мораторию уже с 2017 года. Бурятия предлагает сделать его переходным, а табу ввести с 2018-го.
Сегодня ведутся финальные консультации с учёными и властями регионов о сроках моратория. Представители научного сообщества говорят о 5-8 годах, регионы склоняются к более скромным временным отрезкам, – пишет «Russia Today». – По мнению директора байкальского филиала ФГБНУ «Госрыбцентр» Владимира Петерфельда, оптимальный срок – 7-8 лет, поскольку в этом возрасте «основная популяция идёт на нерест».
Главный сдерживающий фактор – социальный, заявила в беседе с «Russia Today» пресс-секретарь Росрыболовства Ксения Тимакова. Запрет на вылов омуля может оставить без работы немало людей и снизить туристическую привлекательность региона. Однако в «Госрыбцентре» эту точку зрения не разделяют. По словам Петерфельда, официально в промысле и продаже омуля задействовано около 800-900 человек.
Увеличение численности байкальского омуля, которое прогнозируется после введения моратория, может привести и к изменениям на гастрономическом рынке.
— Сегодня байкальский омуль практически не приходит в рестораны в сыром виде, – рассказал президент Федерации рестораторов и отельеров России Игорь Бухаров. – Он перерабатывается на месте, в основном коптится, и в копчёном виде почти не используется на предприятиях питания. Так что посетители ресторанов не знают его натурального вкуса. После снятия запрета на вылов и увеличения популяции омуля должны последовать инвестиции в его серьёзную переработку. Это даст заметный эффект. Тогда мы, наконец, сможем познакомиться с настоящим вкусом омуля, которого можно тушить и жарить на гриле.
«Russia Today» напоминает: мораторий на вылов байкальской рыбы уже вводился в советские времена – с 1969 по 1975 год. В 1982-м, после проведения научной разведки, был начат экспериментальный лов, а с 1987 года – промышленный. Результат оказался положительным: с 1982 по 2003 год промысловые уловы омуля были стабильными.
Ситуацию, сложившуюся вокруг байкальского эндемика, ещё в прошлом году специалисты охарактеризовали как аномальную. Его численность в 2015 году резко сократилась: в реки нерестовая рыба зашла позже почти на месяц, и зашло мало – меньше миллиона особей, хотя обычно этот показатель составляет около четырёх миллионов. К тому же омуль стал крупнее, старше и медленнее. В разгар нереста, когда рыба должна мчаться косяками, она просто стояла или уходила на дно. Такую аномалию замечали последний раз около 30 лет назад, но и тогда назвать причины оказалось сложно. Свой «вклад» внесли и браконьеры.
Ситуацию с популяцией численности омуля взяли под контроль республиканские и федеральные структуры. А учёные даже заговорили о запрете на вылов на пятилетний срок. Эта мера будет вынужденной, иначе его не сохранить, уверяли специалисты. Забили тревогу и заводы-воспроизводители.
На совещании в правительстве в мае глава Росрыболовства Илья Шестаков подчеркнул: если не ввести табу на добычу омуля сейчас, то уже через два-три года придётся столкнуться с последствиями. Министр сельского хозяйства Бурятии Даба-Жалсан Чирипов признал, что табу на добычу байкальской рыбы может «ударить» по промышленникам, но другого пути нет.
С 2004 по 2010 год торговал на рынках Иркутска мёдом. Омулем в это время не торговал только ленивый, причём весь добытый браконьерски(рыбаки тупо сбывали уловы налево перекупам).Омулем было всё буквально завалено за сущие копейки, но чиновники конечно ничего не видели а теперь будут восстанавливать численность за счёт бюджетных денег.