Помогут ли сельхозкооперативы накормить горожан.

Российские сельскохозяйственные кооперативы сильно отличаются от западных, показали эксперты НИУ ВШЭ и Университета Эразма Роттердамского. Они изучили феномен в регионе, где развиваются самые разные формы хозяйствования, — в Белгородской области.

В России сельхозкооперативы — это «проект» властей на местах, а не результат инициативы «снизу» — со стороны семейных подворий. Результаты серии эмпирических исследований, стартовавших в 2008 году, Александр Куракин, старший научный сотрудник Лаборатории экономико-социологических исследований НИУ ВШЭ и Оане Виссер, доцент Международного института социальных исследований Университета Эразма Роттердамского (Нидерланды) представили в статье «Post-socialist agriculturalcooperatives in Russia: a case study of  top-down cooperatives in the Belgorod region».

Сейчас в целом по стране, по данным Росстата, насчитывается менее 8 тысяч работающих аграрных кооперативов. В сельскохозяйственном ВВП – это «считанные проценты», отмечает автор исследования Александр Куракин. Доля фермеров несколько выше, но тоже менее 10% сельскохозяйственного ВВП.

Во многих капиталистических странах кооперация на селе развита очень серьезно, в России же эта форма сотрудничества остается редкостью. И в отличие от западных аграрных кооперативов, значительная часть российских аналогов создавались и управляются с помощью властей на местах. Они возникли «сверху», в то время как в странах Западной Европы их формировали сами «игроки рынка». Во многих регионах России такие организации стали, по словам автора исследования Александра Куракина, «проектами» районной администрации. Сами же производители не всегда заинтересованы в кооперации, и она остается, скорее, экзотикой, чем привычным явлением.

До революции 1917 года крестьянская кооперация развивалась в России весьма успешно и действительно помогала прокормить страну. Россия была одним из мировых лидеров по уровню развития кооперации на селе. «В постсоветской России ставка делалась на фермера-индивидуалиста, — рассказывает эксперт. — Кооперативы же считали пережитком социализма. Прежде всего, это касалось производственных кооперативов – своеобразной «реинкарнации» колхозов и совхозов. Тем не менее, в результате острой борьбы в Госдуме аграрную кооперацию удалось отстоять».

Однако «снизу» такая кооперация в современной России (равно как и, например, в Польше) не пошла. «Частники» не хотели решать проблемы сообща, зачастую из опасения прогадать, получить меньший доход. Отчасти здесь сказался низкий уровень межличностного доверия, поясняет эксперт.

В итоге проблему стало решать государство. Во второй половине «нулевых» стартовал национальный проект «Развитие агропромышленного комплекса» (с 2008 года он стал Государственной программой развития сельского хозяйства»). В регионах также появились собственные программы поддержки ЛПХ.

В 2000 году, до запуска местной программы по поддержке семейных хозяйств, на Белгородчине действовали лишь 20 сельских кооперативов. В 2009 году, после появления программы, таких организаций насчитывалось 465. 

Белгородские кооперативы, по словам исследователя, «находятся под административным колпаком, постоянным мониторингом и сопровождением». «Глава района имеет возможность оказывать влияние не только на принятие стратегических решений, но и на рутинные хозяйственные действия, такие, как выбор контрагента при заключении сделки», — отмечает Александр Куракин.

 «Рукотворность» аграрных кооперативов приводит к тому, что и они сами, и их традиционные партнеры — например, переработчики — сталкиваются с рисками. Это происходит, когда в «тепличные условия» кооперативов, неожиданно врывается «стихия» рынка. Она наносит удар по стабильным поставкам продукции, а значит, и по «укорененным связям» кооператива с клиентами. Такие сбои случаются, например, при «набегах» в село перекупщиков из соседних областей. «Кочевые» предприниматели ездят по подворьям и предлагают им более высокие закупочные цены. Производители, состоящие в кооперативе лишь формально и не чувствующие особой ответственности перед ним, соглашаются на сделку. Тем самым продукция, предназначенная для традиционных партнеров, уплывает в чужие руки.

«Если убрать государственную поддержку, сельхозкооперативы посыплются», — считает исследователь. Только по официальным данным, более трети кооперативов на селе зарегистрированы, но реально не работают. Многие кооперативы, созданные по аграрному нацпроекту и другим программам, организованы «для галочки», а фактически не работают. Есть и другой сценарий: производственные кооперативы нередко поглощаются крупными предприятиями.

В России аграрная кооперация представляет собой «бурлящий котел», считает Александр Куракин: «После старта национального проекта «Развитие АПК» родилось много сельхозкооперативов, но много и умерло». Сейчас в лидеры по кооперации вышла Липецкая область, растет и роль национальных республик – Татарстана, республик Северного Кавказа и Севера (например, Якутии). Развивает сельхозкооперацию Тюменская область. Тем не менее, пока «роль кооперативов в сельском хозяйстве России – декоративная», заключает исследователь.