Комментарий. Как ни квотируй (импорт мяса), всем не угодишь.

Прошел год с той веселой шутки, именовавшейся аукционом по продаже мясных квот. По словам председателя правления Мясного союза России Мушега Мамиконяна, тому мероприятию гораздо более подходило бы название компьютерная игра. Игроки в ней заведомо были обречены на неудачу, поскольку все действие заняло лишь доли секунды.

Но шутка шуткой, а жизнь жизнью. Существующая система мясного квотирования выявила множество недовольных. Среди значительной части участников рынка бытует мнение, что распределение квот — мера негативная, и что вместо сокращения импорта он на самом деле? увеличился на 15-20%. Поэтому в рамках недавно прошедшей выставки «Мясная индустрия — 2004» ее организаторы предусмотрели проведение Круглого стола на тему: «Тарифное квотирование. Итоги первого года».

На заседании собрались руководители отраслевых союзов, так или иначе связанных с мясным бизнесом. Председательствовал на нем М. Мамиконян. Несмотря на активные и настойчивые приглашения организаторов, в мероприятии категорически отказались принять участие представители Минэкономразвития… Приведем высказывания некоторых участников.

Мушег Мамиконян: «Оба министерства хотят сделать как лучше, но действуют несогласованно. Такая несогласованность приведет в конце концов к мысли, что все квотирование — это плохо, и его отменят. Это самый плохой результат, который можно ожидать. Я призываю к уравновешенности оценки. Мы предлагаем сделать аукцион, а не компьютерную игру. Аукцион на повышение цены. Увеличить долю выставляемого на аукцион мяса. Кроме этого предлагаем 20%, как компромисс».

Исполнительный директор Союза предприятий холодильной промышленности Эдуард Багирян: «Это не рыночное распределение. Если мы говорим, что мы все рыночники, то давайте и квоты распределять рыночными методами. А это значит, что нужно проводить честные аукционы. Я не боюсь этого слова. Если прошлый аукцион прошел за доли секунды, то о какой соревновательности можно говорить? Мы заявляем: «Давайте 100% квот разыгрывать на конкурсной основе».

Председатель Национальной Мясной ассоциации, руководитель исполнительного комитета Сергей Юшин: «Итоги первого года? Если поразмышлять, было ли что-нибудь хорошее, безусловно, на рынке появился порядок. Если в начале года квоты распределялись между 800-1000 компаниями по разным видам мяса, то в списке на 2004 год их количество сократилось почти в три раза. О чем это говорит? Рынок стал более прогнозируемым, прозрачным, контролируемым, в том числе различными госорганами. С точки зрения влияния на производство мяса внутри страны, безусловно, положительный эффект заметен.

Мы с самого начала выступали за полную отмену странового или т. н. географического принципа распределения квот. По-прежнему считаем, что выделение квот различным странам ошибкой. Считаем задачей наших поставщиков максимально снизить ущерб от применения данного принципа.

Та методика, по которой квоты были распределены в прошлом году, к сожалению, привела к росту цен. По свинине, которая является основой для переработчиков, рост составлял более 40%. Так что очень много ошибок. Со своей стороны мы постоянно выступаем с предложениями, которые могут хотя бы сгладить те углы, о которые мы все бьемся. Направляем их в МСХ, но в конечном итоге зачастую верх берут высокие политические интересы. А с этим непонятно как бороться и нужно ли. И можно ли эти интересы соизмерять с интересами огромного количества людей, на которых влияет квотирование.

Мы не знаем, насколько ситуация станет лучше в дальнейшем, насколько государство станет прислушиваться к тому, что говорят профессионалы рынка. Но очень хочется на это надеяться?».

Председатель Комитета по аграрной политике и продовольствию Совета Федерации Иван Стариков: «С моей точки зрения, те негативные и даже странные вещи, которые происходили, обусловлены одним очевидным обстоятельством, а именно — слабостью гражданского общества в России. Ответ на вопрос: тарифное квотирование — это хорошо или плохо — не может быть однозначным. Здесь уже отмечалось, что это достаточно эффективный инструмент защиты отечественных производителей. Я бы добавил, что еще и регулирования мясного сектора рынка. Всеобщая «вегетарианизация» страны, которая в конечном итоге наметилась в связи с ростом цен на мясо, очень и очень плохое для нас явление.

Даже небольшое повышение цен (а сказать про наше повышение, что оно небольшое, нельзя) приведет к серьезному сокращению покупательского спроса. И, как это ни парадоксально, но получается, что «благими намерениями выстлана дорога в ад». Возникнет серьезное снижение спроса, которое в свою очередь негативно скажется на сельском хозяйстве.

В применении квотирования совершены две серьезных ошибки. Ошибка первая — страновой принцип. Можно отнести все издержки, связанные с ним, на высшие политические интересы страны. Однако, как бы то ни было, политика все-таки должна лежать в сфере интересов своего народа. История с птицей — яркий пример. Такая политика серьезно деформирует нормальную конкуренцию, позволяя странам, получившим избыточную квоту, взвинчивать цену. А это — удар по потребителю.

Но даже с этим можно было бы смириться, если бы должным образом отреагировали наши производители, и мы бы стали свидетелями впечатляющего роста, хотя бы в скороспелых отраслях животноводства. Однако этого нет, так как не была решена зерновая проблема.

В регионах уже сегодня сталкиваются с серьезной нехваткой фуражного зерна. Привезти же его из-за рубежа в ближайшее время невозможно.

Поэтому мы придем к такой ситуации, когда на фоне введения ограничения ввоза мяса мы параллельно сбросим поголовье.

Поэтому несерьезны аргументы вообще о неэффективности этого инструмента. Выход только один — организовываться в институты гражданского общества.

И еще обязательно должен соблюдаться главный принцип — одномоментный и равнозначный доступ всех участников рынка к информации и невозможность получения от кого-то из участников инсайдерской информации. За это надо очень жестко карать».